In Gods We Trust

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » In Gods We Trust » Архив завершенных флэшбэков и AU » (~3000 лет до н.э.) Багровые реки Египта


(~3000 лет до н.э.) Багровые реки Египта

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

[AVA]http://savepic.net/5680849.png[/AVA]

Время действия: незапамятные времена
Участники: Ра, Баст
Место событий: Египет
Описание:
Долгие века Ра крепко держал весь мир в своих рука. Когда он состарился и его кости превратились в золото, Исида хитростью выпытала его магическое имя. Последствием этого стало неповиновение людей, слишком долго пользовавшихся благоволением Ра и забывших звуки его гнева. Узнав о бунте, Ра решает жестоко покарать весь человеческий род и насылает на него богиню Сехмет в образе тигрицы. Получив указание истреблять каждого, кто встретится на ее пути, тигрица готова утопить Египет в крови.

0

2

[AVA]http://savepic.net/5680849.png[/AVA]

Время ускоряло свой ход, но здесь, в верхних покоях, оно застыло в единственном мгновении. Недвижимый, слитый воедино, с золотой маской вместо лица, он сидел на своем троне. Вся зала сияла золотом: желтый песок под ногами, вечерний свет сквозь окна, золотая кожа старого царя. Стены тоже были покрыты золотом – не жалким металлом, из которого люди делали украшения, а воплощенным солнечным светом: в нём была вырезана история этого мира, история, которую люди забыли.
Как посмели они предать? Он оберегал их, он заставлял их реку разливаться, даруя плодородие их землям. Он освещал их мир днем, а ночью спускался в недра подземного мира и защищал их от грозного демона-змея. Он возвеличил их. Он спасал их при жизни и после смерти. Он научил их защитным заклинаниям, чтобы они могли позаботиться о себе, когда его нет рядом. А они отплатили за это неблагодарностью. Отринули его. Предали.
Он чуть подался вперед, и от этого движения по его золотой коже поползли трещины, как по хрупкой глиняной чаше.
–  Приведите мне Сехмет.
Светлая тень поклонилась и исчезла, отправившись исполнять приказание. Пусть люди пошли против своего создателя, для богов он – по-прежнему царь.
Люди решили, что их бог слишком стар и слаб. Что беспомощен перед тысячами, наводнившими земли Египта. Что ж, придется показать им, насколько они ошиблись.
Его имя было Солнцем, и его свет был Солнцем, и Солнцем был он сам. Это имя было обвязано тайной, заперто в первых лучах новорождённого мира, скрыто от всех звуками, которые никогда не были произнесены. Это имя выведали у него обманом и обернули против него самого.
Ра прикрыл глаза – воспоминание об этом причиняло боль. С его ресниц слетела золотая пыль, закружилась вихрем в луче света.
«Исида.»
Она использовала свои чары на людях и, пресытившись, возжелала стать повелительницей богов и духов. Неужели она думала, что Ра допустит это?
Она увидела, что праотец стар и немощен. Его кости обратились в золото, его ноги не сгибались, его слюна стекала изо рта и проливалась на землю. Коварная богиня собрала её по капле, смешала с пылью и слепила фигуру большой змеи с ядовитыми клыками. Она оставила змею на дороге, по которой Ра проходил каждый день, осматривая свои владения.
О Исида, великая повелительница заклинаний, истребительница болезней и воскресительница мёртвых. Она пообещала исцелить от ядовитого укуса.
–  Божественный Отец, скажи мне своё имя, ибо тот, кто произнесёт своё собственное имя, будет жить.
– Утреннее солнце прогоняет тьму и высвечивает человеческую душу, имя мне – Хепри. Солнце полудня выше пирамид и полёта птиц, ничего не укроется от него, ни истина, ни ложь, ибо имя мне – Ра. Вечернее солнце спасает, дарует надежду и готовит к смерти, и имя мне – Атум.
Его слова не обманули Исиду, ибо она знала, что есть другое имя, сокрытое тайной, лучами и звуками, и имя это осталось неназванным.
– Пусть Исида поищет во мне, и моё имя перейдет из моего тела в её.
И когда Ра скрылся от взора богов в дневной ладье Манджет и расстался со своими двумя Очами Солнцем и Луной, Исида вынула его великое имя из сердца. И бог Солнца умер.
Но Исида изгнала яд, а свои слова обратила в заклинание, способное отравить любого, кто увидит его на папирусе.
И люди, узнав, что их бог тоже смертен, отвернулись от него.
Когда появилась Сехмет, он поднялся с трона. С каждым движением золотая корка, покрывавшая его тело, трескалась и отваливалась, и черепки, падая на пол, рассыпались золотым песком.
–  Сегодня человеческое племя должно познать мой гнев. Спускайся, и проходи по землям египетским, и неси с собой смерть и ужас. Уничтожай каждого, кто встретится на твоём пути. Скажи им: вы выбрали жизнь без веры и без веры умрёте. Истреби людской род.
Он повернулся к Владычице пустыни. Там, где золото осыпалось, проступила медовая кожа, гладкая и блестящая. Его чистое лицо было молодо – прямые черты, грозный взгляд. Бог Солнца был прекрасен в гневе.
–  Убей их всех.

Отредактировано Amun-Ra (2014-06-21 19:34:57)

+5

3

[AVA]http://sf.uploads.ru/9JUCq.png[/AVA]

Когда вошла Баст, на ее лице не осталось и тени прежней улыбки.
Богиня-кошка была признана дарить египетскому народу счастье и веселье, была признана олицетворять женское начало и нести любовь, стоять за спинами императоров, ведь они были отражением ее великого отца. И вот когда она больше всего возлюбила людей, пред ней предстает Амон-Ра. Разбитый, преданный и утомленный своей властью. В прежде безмятежной душе, способной взрастить даже неплодотворной песчаной почве золотые колосья, начала клокотать ярость. Как вышло что подданные столько веков воспевающие своего верховного владыку, Бога-Солнца, Бога-Отца, смогли сделать с ним такое? В ней говорил не дочерний страх, нет, это был ужас за то, что кто-то дерзнул показать слабость Ра и пошатнуть его величие.
Богиня, чьим предназначением было служить отцу, быть его глазами и хранителем, внемлет каждому слову ослепляющего ее бога, словно его окунули в золотые воды и он засверкал этим солнечным светом. И каждым словом прекрасное лицо ее ожесточалось, черты заострялись и грубели, темные глаза наливались бездонной всепожирающей чернотой. В мгновение не осталось в мире радости, не осталось удивительных ощущений эйфории, праздности и невесомой легкости. Все вокруг должны были ощутить пожирающую их тьму и темные желания. Уничтожить. Пустить кровь и смотреть, как алая жидкость просачивается в сами земли египетские, проклиная страну и народ за падение в глазах богов своих предков.
–  Сегодня человеческое племя должно познать мой гнев. Спускайся, и проходи по землям египетским, и неси с собой смерть и ужас. Уничтожай каждого, кто встретится на твоём пути. Скажи им: вы выбрали жизнь без веры и без веры умрёте. Истреби людской род.
Ей не нужно было повторять дважды.
- Жар пустыни не причинит им вреда, люди были готовы к этому и успели укрыться за высокой горой, - холодно проговорила пока еще Баст, не впавшая в свое безумие, имя которой было Сехмет. Она еще контролировала свои животные желания, коими ее наделила все та же людская вера. – Но знаю, пред какой силой они никогда не устоят.

Отредактировано Bast (2014-06-15 21:03:42)

+4

4

[AVA]http://savepic.net/5680849.png[/AVA]

Он кивнул. Ра никогда не сомневался в её верности – Могучая была его оком, его когтями и его дочерью. Прекрасная в мирное время, она могла стать грозным оружием, обратившись львицей. Недаром он приставил её оберегать своих фараонов – впрочем, даже па-схемти не убережёт теперь от божественного гнева: следуя его слову, львица не пощадит никого – ни богатых, ни бедных, ни стариков, ни младенцев.
- Так призови эту силу. Наполни египетские каналы кровью. Пусть сам песок сочится ранами. Ни один бог не посмеет встать на твоём пути.
Ра спустился с пьедестала, на котором возвышался его трон, и подошёл к ней. Смерил грозным взглядом, кивнул, удовлетворённый увиденным. Как он и ожидал, Владычица пустыни не задавала лишних вопросов, «зачем» и «почему» были бы неуместны так же, как луна в дневном небе.
У Осириса будет много работы.
До его божественного слуха доносились голоса других богов, уже прознавших о наказании, что вот-вот свершится: одни пытались убедить отца покарать лишь часть людей, а другую же часть оставить; вторые взывали к его милосердию; третьи уже оплакивали род человеческий. Ра не хотел слушать.
«Умолкните и не пытайтесь защитить тех, на кого падёт мой гнев. Любой, кто поможет людям, или помешает Сехмет, или другим способом вмешается, также познает мою ярость.»
Так, не разлепляя губ, велел бог Солнца, и у остальных не было выбора, кроме как подчиниться.
Он не сводил взгляда с глаз, зрачок которых сузился и вытянулся, наполнился безумием и жаждой крови. И вот уже перед ним стояла не прекрасная дева, а огромная львица, чья шкура была крепче любого доспеха, клыки – больше, чем кинжалы, а когти – острее, чем копис. Золотой песок вздымался под её лапами, хвост бил ударами плетьми. На мгновение Ра стало жаль тех, кто попадёт в эти клыки и когти, но он задушил это чувство прежде, чем оно дало ростки.
Когда львица покинула верхние покои и сошла на землю египетскую, Ра вернулся к своему трону – тяжёлые мысли текли, очерняя свет, застилали взгляд. Неслышно отворилась дверь, и к трону приблизилась владычица неба. Поднялась на нижнюю ступень и села в ногах своего божественного супруга, положив голову ему на колени. Он знал, зачем Мут пришла: она попросит дозволения спасти хоть кого-нибудь – ей одной Ра не сможет отказать. Он задал вопрос, кем он пришла: матерью, женой или сестрой? А может быть, царицей? Ра не стал слушать её мудрых речей именно потому, что они были мудры, а там, где правит гнев, мудрости нет места. Он обратился соколом и спустился на землю, чтобы своими глазами увидеть, как Сехмет исполнит приговор.

Отредактировано Amun-Ra (2014-06-21 20:53:54)

+3

5

[NIC]Sekhmet[/NIC]
[STA]несущая возмездие[/STA]
[AVA]http://sf.uploads.ru/PGjUu.png[/AVA]

В иное время ее мысли наполнялись вопросами о воспаленной и нездоровой фантазии людей, но это именно боги наделили их способностью мыслить. Так думали люди, не представляя, что именно они породили своих богов, в которых как они ныне сочли, более не нуждались. Но это не так. Под опекой и постоянным присмотром египетский народ поражал всех своими открытиями и знаниями, своими технологиями и мастерством. Кто их этому научил? Кто им рассказал, как возводить пирамиды, чтобы в будущем они стали Чудом? Кто научил их писать? Говорить? Мыслить? И создавать великолепные изделия прикладного искусства? Кто подарил им математику и астрономию? Кто научил их врачеванию?
Баст растворялась в своей злобе, которую питали эмоции Ра, потоков врывавшиеся в ее сознание. Она могла бы их заглушить, только если бы пожелала, могла убедить Амута не совершать кровавой бойни, не наказывать столь жестоко их народ, вот только богиня-кошка не задумалась даже о том, чтобы перечить его желанием. Он был всем ее миром, был тем, кто привел в этот мир, тем, кто наделил ее такой мощью и доверием. Разве она могла не исполнить волю великого бога?
Ра был так близко, что Баст едва не сделала шаг назад, под давлением его мощи и разрывающую душу ярость, смешенную с непоколебимым и неразрушимым желанием довести задуманное до конца. Облик прекрасной богини, представшей перед  Ра как идеал женской египетской красоты -  светлокожая, длинноногая, темноволосая с тонкими чертами лица, начал таять. По ней словно прошла рябь, меняя в богине не то что внешний вид, а каждый участок ее тела, перестраивая кости, но Баст не чувствовала боль, а только освобождения от забот. Это был переход к свободе…
- Ничто и никто не скроется от твоего наказания. Ни одна веще не сможет остановить то, что исполнится. Пожалеют все. Это будет Черный день в истории Та-уи.
И когда не осталось и следа от расшитого цветами лотоса зеленого калазириса в покоях во всей своей могучей и неистовой красоте предстала львица. Сехмет разительно отличалась от прочих диких кошек несколько размером (хотя она была огромна), сколько разумным взглядом зеленых глаз, горящих пламенем будущего возмездия. Сехмет призвала на помощь все свои силы и когда она кинула последний взгляд на Отца-Солнце, чтобы вновь дать понять, что она никогда не подведет его, богиня, теперь уже палящего солнца и войны, способной привести за собой мор и страдания, ступила на раскаленный песок Двух земель, окруженная дикими животными, готовыми пойти на все по единому ее приказу.

Отредактировано Bast (2014-06-26 12:44:07)

+3

6

[AVA]http://savepic.ru/5233903.png[/AVA]

В небе над стонущим Египтом парил белый сокол. Казалось, он не двигал крыльями – просто расправил их и царственно позволял небу смыкаться вокруг, а ветру – нести его вперёд. Разумные глаза птицы высматривали что-то внизу, но не добычи он искал. Он наблюдал, как исполняется его приговор. Сокол этот был воплощённый бог Солнца, царь и владыка страны, что раскинулась под его крыльями.
Он планировал, медленно снижая высоту, расчерчивая закатное небо кругами, что постепенно сужались, пока сокол не сел на обгоревшее мёртвое дерево. Под деревом умирал человек. Сокол склонил голову набок, блеснул мудрым глазом, разглядывая раны – рваные раны, оставленные тем, кто был страшнее дикого зверя.
Песок вокруг побурел, напитанный кровью; человек взывал к богу, умоляя смилостивиться. Его глаза впивались в небо, словно надеялись разглядеть там солнечный лик. Но небо было багровым – солнце ушло с него, и человеку было невдомёк, что оно уже не вернётся. Что смотреть нужно не туда, а на ветку дерева.
Когда он умер, сокол вновь взмыл в небо. Он пролетал над пустыней и над городами, над Нилом и царскими дворцами, и везде, куда бы ни упал его взгляд, царили смерть и опустошение. Сехмет, верная своему слову, показала гнев Всеобщего Отца, и полились по землям египетским багровые реки, и раздались стенания и плач. Её огненное дыхание стало горячим ветром пустыни, который жёг и опалял, и загорелись дома, и дым пожарищ воскурялся, как жертва на алтаре.
Он спустился, чтобы своими глазами наблюдать за истреблением людей. Ра думал, что ничто не принесёт ему большего удовольствия. Но ярость постепенно затихала, и он задавался вопросом, не поступил ли слишком жестоко. Сотни голосов звучали в его голове – они умоляли о спасении и прощении, обещали повиновение, говорили о любви, просили защиты. Был и другой голос, тихий и вкрадчивый, он принадлежал Мут. Он нашёптывал, как окутывал шелковым полотном: «Ты звал себя заступником угнетённых и визирем бедных. Ты защищал их от иноземных захватчиков и древних демонов. Но кто защитит их от тебя самого?»
Никто – он знал этот ответ. Никто из богов не посмеет перечить отцу.
Сокол на мгновение застыл – и спикировал вниз, словно упал камнем. Ударившись об землю, он обернулся мужчиной в чёрном одеянии – глубокий капюшон прятал лицо в тени. Он шел по улице охваченного пламенем города, и полы его одеяния волочились по кровавому песку. Он шел туда, откуда все бежали – навстречу огромной львицы, которая убивала и разрушала.
Ра встал на пути и, всматриваясь в исполненный ярости и жажды смерти взгляд, не мог отыскать в нём и искры рассудка – только первобытная, совершенно животная ненависть, ослепляющая Сехмет.
«Как ты и хотел. Не этого ли ты возжелал? Не этого ли приказывал?» - он не мог различить, кому принадлежал этот голос: Мут или ему самому.
Он встал перед львицей, откинул капюшон с лица и выставил перед собой ладонь с пальцами, разведенными в стороны. На его ладони был начертан иероглиф анх – ключ жизни. 
Ра громко сказал, не открывая рта:
- Узнаешь ли ты меня? Видишь ли руку, которая спустила тебя на эти земли нести смерть и наказание? Именем Атума повелеваю тебе остановиться. О Могучая, вспомни, кем ты была, и прекрати казнь. Так велю тебе я, твой отец и господин. Они искупили вину. Довольно!
Но она не слышала. Яростная богиня не покорится его новому приказу, пока не исполнит первый.

+2

7

[NIC]Sekhmet[/NIC] [STA]несущая возмездие[/STA][AVA]http://sf.uploads.ru/PGjUu.png[/AVA] Крики. Стоны. Мольбы о пощаде.
Это все работало в иные дни, когда великие боги не могли наблюдать за страданиями своего народа, который верил в них, обожал их, приносил им жерты. Слух Сехмет услаждало страдание, а не страстные жалобные от страха попытки воззвать к милосердию. Богине войны, зачастую жестокой и кровопролитной, было мало молитв и обещаний. во всех правдах и неправдах она сделает все, чтобы своей мощью и необузданной животной силе защищать своего повелителя. Никто не смел сомневаться...
Мощные челюсти играющи переломили чью-то руку. Алая жидкость соленая и живительная хлынула в львиную пасть, распаляя рвущуюся ярость и желание сровнять мир Двух земель с горизонтом. Песок под ногами пропитался кровью, в воздухе повис густой тяжелый металлический запах. Назревал конец роду людскому, но Сехмет не останавливалась. Все разумное в ней растворялось, уходило на задний план, оставляя лишь животные инстинкты. Дикая кошка, чья шерсть лоснилась и переливалась всеми оттенками желтоко в зале, где состоялся разговор с Ра, окрасились в алый, кое-где в бурый от засохшей крови. Она была грозна. Устрашающе, но от прежней красоты этой формы малочто осталось - кроме придела божественной свирепости.
Львица шла, легко переставляя лапы. Земля, ранее плодоносная, умирала на глазах, шлейфом за богиней приглушая краски и смешиваясь с песком. Солнце нещадно палило в вышине, вожжелав повинуясь владычице спалить все живое, превратить дельту реки в мертвую бездушную пустыню. Снова и снова Сехмет убивала и терзала. Снова и снова она без разбору истребляла верных: ученые, медики, жрецы... Для Сехмет больше не существовало возраста и пола. Не было невинных детей, которые не участвовали в предательстве своих родителей. Но они бы не выжили в этом ужасе в этих последних днях всего сущего и недели, разве это не великодушие, о коем ее молили? А она желала крови, крови, крови... Человеческое мясо было нежным и таким податливым. Они были так хрупки и недолговечны. Но все к какому бы сословию не принадлежали были едины перед судом Осириса и чашей весов.
И когда богиня войны была на полпути по достижению цели, на ее пути встали. Ничто и никто не мог ее остановить. Такое обещание она дала. Львица оскалила клыки и зашипела, предупреждающе ведь далек уголком своей души узнавала стоящего перед ней мужчину. Животное взяло вверх скрепленное словом богини поклявшейся защищать и разрушать по одному приказу. Казалось бы разумные, требовательные слова, наделенные непомерной силой покорили и усмирили дикую кошку и она опустила морду, изучая мертвую проклятую ею землю... Но тут она вновь возводит на посмевшего преградить ей дорогу взгляд, полный долга и ненависти ко всем... кроме него. Он был ее источником существования. Но клятва данная вперед - была нерушима.
Сехмет зарычала и в несколько сильных прыжков обогнула бога солнца, сметая на своем пути жизнь.

Отредактировано Bast (2014-07-14 23:22:53)

+2

8

[AVA]http://savepic.ru/5315132.gif[/AVA]

На мгновение ему показалось, что в преисполненных яростью глазах появился свет той, кто дарила радость и любовь; что Баст одержала верх над Сехмет; что она подчинится. Ра сделал шаг вперёд, не опуская руки, но теперь протягивая её в повелительном, усмиряющем жесте. И встретил зверя.
Она позабыла, кто послал её на землю: ей понравилось убивать, а вкус крови стал приятен на вкус. Кровь текла по её пасти, сочилась с клыков, покрывала шерсть. В её когтях застряли человеческие кости и мясо.
Ра не успел остановить львицу – сделав прыжок, она скрылась в смерче ветра и песка, хаоса и разрушения, оставив ему лишь скрежет когтей и утробное рычание. Ра стиснул зубы – он мог злиться только на себя, отдавшего приказ. Или нет?
...Если бы в верхних покоях была дверь, Амон бы хлопнул ей; но и без того его появление было подобно шторму: он сиял полуденным солнцем, что иссушает землю и убивает травы, воинственный, как всё египетское войско.
Он отдал приказ привести к нему Исиду – коварство колдуньи стало первопричиной всех бед. Она захотела стать госпожой небес, она забрала у него сердце и отдала его очи, Солнце и Луну, своему сыну Гору. Её коварство и тщеславие напомнили Ра о том, что он слишком долго прозябал в бездействии, что слишком долго не напоминал людям и богам, кто их правитель. Он широким шагом прошёлся по покоям, остановился возле стола, накрытого как для пира, опёрся на него обеими руками. Мысль о предательстве дочери даже сейчас вызывала его гнев, и Ра одним движением смахнул со стола посуду. Кубки с пивом, тарелки с сочными яствами, кувшины с терпкими напитками – всё полетело на пол и бесшумно упало на чистый песок, заменявший богу солнца ковёр. Из опрокинутого кувшина вытекло вино и напитало песок, окрасило его кровью. Ра скользнул по нему задумчивым взглядом, соединяя эту картину с увиденным на земле, где смертью проходила Сехмет.
Этот яркий образ – песок и кровь – стал ответом.
Когда появилась Исида, он уже знал, как остановить истребление человечества. Ра поднял с пола кубок и, разрезав вену на руке, наполнил его своей кровью. Он протянул кубок Исиде со словами:
– Пусть твои слуги сварят ячменное пиво, которое так любит Сехмет, и смешают его с моей кровью. Пусть за ночь разольют семь тысяч кувшинов на её пути. Пусть запах крови привлечёт её, пусть красный цвет обманет – напившись дурманного напитка, она прекратит резню.
Его приказ был исполнен. И там, где ступала разъярённая богиня, песок был напитан пивом, которое пахло и по цвету было как кровь, – словно след от учинённого побоища.

+3

9

[AVA]http://se.uploads.ru/z6O9g.png[/AVA] Сехмет рвала людей в клочья и с наслаждением пожирала их. Она убивала смертных сотнями и тысячами, лакала теплую человеческую кровь и никак не могла насытиться вдоволь. Из памяти богини стерлось воспоминание того, как отец ее преградил путь, желая остановить смертельный танец и вернуть дочери прежнюю сущность. Пусть от любви до ненависти был всего один шаг, но переступить эту черту в обратную сторону было сложнее, пока не утихнет буря в душе.
«Нет! Мне нравится убивать, я еще не насытилась кровью этих жалких тварей!»
И Сехмет, та, что даровала людям радость и любовь, здоровье и тепло домашнего очага как Баст, чьи нежные и заботливые руки никогда не держали оружия, вновь и вновь кидалась на людей. Мятежники бежали, пытаясь спасти свои жалкие жизни и черные насквозь гнилые сердца: одни пытались спастись вверх по Нилу, но можно ли спрятаться в Двух землях от нее, другие пытались найти спасение в стенах своих домов и священных обителях домов. Но Сехмет настигала их повсюду и убивала, убивала, убивала… Пострадал от ее звериного разгула и Бубастис, где полы боатого храма возведенного в ее честь и расписанные стены окропились кровью ее жриц.
Уничтожение непокорных вымотало жестокую богиню-львицу. Тяжело дыша, Сехмет замерла посреди нетронутой ее уничтожающей мощью долины. Усталость сморила ее, она уничтожила еще не всех, но одна ночь не изменит данного ею обещания.  Ничто и никто не скроется от наказания, что несла за собой огромная не знающая пощады львица. Ни одна веще не сможет остановить то, что исполнится. Пожалеют все. Это будет Черный день в истории Та-уи.
А где-то там, где была скрыта Баст от взора людей и богов, она смахивала слезы. За каждого уничтоженного ребенка и женщину, за каждого целителя, которые стали неугодны и поддались своей зависти и высокомерию. Но было еще и то, что богиня-кошка опечалилась сокрушительности приказала Амона-Ра, что попросил ее стать столь свирепой и противоречащей самой ее сути созидания.
Сехмет уснула. Сон был глубок, никакой шорох и звук не смог пробудить львицу. Во сне были реки крови и видения исполнения воли Солнца. Берега Нила очистятся, и на землях поселится чистая невинная народность, смертные, что никогда не осмелятся усомниться в величие верховного бога и детей его. Сехмет тревожно пробудилась с первыми лучами дневного светила и не узнала долину. Лужи крови с дурманящим запахом манили отведать их перед продолжением истреблением всей расы человеческой. Но когда львица начала лакать то поняла, что вкус не тот. Человеческая кровь не имела хмельного привкуса, но то, что было разлито в долине, понравилось Сехмет, и она не могла остановиться. С каждым новым глотком она пьянела, ярость затихала, и дикая кошка переставала помнить о миссии возмездия, бывшей грузом на ее плечах. Захмелев вскоре до того,  чтобы уже не думать об убийстве людей, Сехмет благосклонно согласилась даровать людям покой.
- Пусть оставшиеся люди живут! – громко изрекла богиня-львица. Язык ее заплетался, а глаза застилала хмельная пелена. – Они свободны идти на все четыре стороны, - в долине львица возвращала себе вид человеческий, но это все еще была дикая и непокорная Сехмет, - а могут и присоединиться к этому пиру.
Присоединились они или нет, Сехмет не знала. Богиня вновь уснула, на этот раз долгим сном, чтобы вернуть место Баст, готовой дарить людям радость и оберегать их.

Отредактировано Bast (2014-07-25 17:04:21)

+3

10

[AVA]http://savepic.ru/5315132.gif[/AVA]

С инжирового дерева наблюдал он, как Сехмет пьёт красный напиток, и когда львица захмелела, Ра спустился к ней соколом, но обратился мужчиной. И люди, издалека наблюдавшие за той, что целый день творила кровавый суд в их землях, рухнули на колени, увидев перед собой бога.
Ра опустил светлый взгляд и увидел её лежащей на красном песке. Густая шерсть редела, становилась короче, исчезала вовсе, оставляя гладкую розовую кожу; пропали длинные когти и острые клыки, рыжая грива стала тёмными блестящими волосами.
И тогда обернулся он к людям, глазевшим издалека, и громом по нильской долине разнёсся его голос:
– Отныне пусть во всякое священное время и пору года для этой богини готовят сосуды с пивом, которое клонит в сон, и пусть число их будет равно числу моих служанок. Так говорю я, ваш бог, имя которому Солнце.
И люди, узнав бога, от которого так надменно отреклись, пали ниц.
А Ра склонился над уснувшей дочерью и сказал – на этот раз только ей:
– Живи в мире, любимая! Никогда больше я не попрошу тебя исполнить волю столько жестокую и кровавую.
И, взяв её на руки, бог унес Баст прочь от людей.
Вернувшись в зал Тысячи Солнц, он сказал остальным богам:
– Живу я, но сердце моё устало пребывать с ними. Поражал я их напрасно, ибо не было истребление полным.
И, приняв решение отречься от царства земного, Ра забрал себе царство божественное. Он позвал свою внучку Нут, чтобы она вознесла его на небо. А земли Та-Кемет отдал во власть Осириса, дабы правил он мудро и справедливо.
А люди, увидев могущество своего бога, забыли гордыню и более не восставали против него. Они слагали истории о грозной львице Сехмет и истреблении человечества и каждый год приносили богине богатые и щедрый дары, прося её милости и помня завет великого Всеотца.
И Та-Кемет возрос в лучах яркого солнца, и долго не было равных ему во всём поднебесном мире. И было это во времена богов великих и беспощадных, что знали и гнев и милость, но не приносили своих детей в жертву человеческому племени.

+2


Вы здесь » In Gods We Trust » Архив завершенных флэшбэков и AU » (~3000 лет до н.э.) Багровые реки Египта


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC