In Gods We Trust

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » In Gods We Trust » Архив завершенных флэшбэков и AU » (3400 лет до н.э.) Men go to battle. Women wage war


(3400 лет до н.э.) Men go to battle. Women wage war

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

[AVA]http://se.uploads.ru/F2X6H.jpg[/AVA]Время действия: XXXIV век до н.э., какой-то очередной период войны Гора и Сета
Участники: Таурт, Хатхор
Место событий: объединённый храм Хатхор-Таурт в оазисе Файюм
Описание: открытие храма - долгожданное событие, особенно в оазисе. Особенно под покровительством таких мирных и добрых богинь. Намерения у верующих самые благие. Но обе мирные и добрые богини переживают не лучший период: мужья воюют, а они обе здесь. И доброты как-то поубавилось.

Отредактировано Hathor (2014-08-03 04:44:54)

0

2

– Эй, придержи своего придурка! – ах, если бы только криками можно было разбивать железо. Этот талант Таурт пока не освоила. Бронзу она умела только сминать и только об стены, а потому не упустила случая зашвырнуть первую попавшуюся вазу в рисунок, который особо раздражал женщину еще на этапе строительства храма.

Не каждый день в твою честь возводят храмы. Это важный и очень значимый день в жизни каждой богини, и его ни в коем случае нельзя пропускать. Она и не собиралась, тем более, именно в этом храме была самая высокая вероятность встретиться с коллегой. Или же с сестрой по несчастью.
Горький опыт научил Таурт, что появляться среди людей в том облике, который они сами ей придумали – неразумно. Почему-то люди не спешили падать ниц и поклоняться, когда видели громадного гиппопотама на львиных лапах, а, напротив, с воплями разной степени громкости разбегались в разные стороны. Сет, кстати, тоже разбегался, вне зависимости от того, в каком состоянии видел свою женушку.
Козел. Козел не являлся тотемным животным пустынного, но вполне мог бы им стать. Других столь же рогатых упрямых и бодливых животных Таурт не знала, и в участившихся ссорах произносила это слово с особым наслаждением, намекая то ли на рога, то ли на умение думать. Нет, на самом деле, думать Сет умел. И порой очень даже неплохо. Просто думал он не так, как нужно Таурт.
Она ненавидела войны, а этот питал к ним особую любовь. На этой почве вечно возникали скандалы, и женщина регулярно устраивала ему кухонные баталии, чтобы хоть как-то закрыть сию потребность, но почему-то это его не утешало. Вернее, не утешало совсем. Да и никто радоваться не будет, когда ему в голову ваза прилетит. Долгие, вдумчивые, серьезные беседы тоже никак не влияли на решимость супруга пойти и продолжить войну. Таурт это не нравилось в корне. Если бы у Гора еще хватило силенок добить Сета навсегда, то она не шибко бы переживала. Но ведь ей опять подсунут испорченного мужа, и дальше – что? Не добивать же из жалости? Тем более, все лавры достанутся соколу.
А потому нужно было выбирать другую стратегию. Причем останется пока-еще-муж в живых, или же эпично сдохнет, женщину не сильно заботило. Важен был конец войны и отсутствие промежуточных вариантов, в которых они с Исидой и Хатхор долго лечат тело и мозг своих непутевых мальчишек, чтобы потом все началось сызнова.

М-да, стратегию она выбрала дерьмовую. Вполне в духе ее муженька, одни мысли о котором заставляли Таурт беситься и совершать весьма глупые поступки.
Ничего, - утешила она себя, - еще пара-тройка тысячелетий, и получится начинать все деловые переговоры без крика.
На недавно радующихся людишек женщина не обратила ровным счетом никакого внимания. Они сюда поклоняться пришли? Вот пускай и поклоняются молча, а не мешают двум взрослым девочкам решать свои семейные проблемы. Иначе следующая ваза прилетит кому-нибудь в голову. Вазы издавна были самым веским аргументом во всех ссорах, спорах и даже перемириях.
Чтобы не кричать с разных концов храма, женщина подошла к Хатхор, и чуть более миролюбиво закончила:
– А то мой придурок совершенно неуправляемый. Его даже отравить невозможно.
[AVA]http://sd.uploads.ru/YyCIu.jpg[/AVA]

Отредактировано Taweret (2014-08-02 19:48:33)

+3

3

[AVA]http://sf.uploads.ru/t/Ejsdr.jpg[/AVA]- Хм, - только и сказала Хатхор, разглядывая меланхоличную корову в одуванчиках. Корова украшала собой западный фасад храма в Файюме и была весьма, весьма флегматичной. Вокруг роскошных загнутых рогов колосились желтоватые цветочки, которым фантазия художника позволила не только колоситься, но и вырасти больше обычного раз в пятьдесят. - Однако...
Святилище в Файюме должно было открыться со дня на день, и богиня, признаться, очень нервничала. Прихорашивалась перед зеркалами, перебирала наряды, выбирая самый эффектный. Не так просто поразить целую толпу разом, толпа привередлива. Иногда зеркала льстили своей хозяйке, а иногда...
Когда Хатхор заметила тонкую, похожую на прицепившуюся паутинку ниточку морщины, богиня произнесла самое страшное из арсенала своих могущественных заклятий.
- Кыш, - сказала Хатхор. И морщинка исчезла.
В день открытия храма она появилась в святилище самой первой. Поздоровалась с коровой на фасаде, а потом, на всякий случай, с почтенной дамой-гиппопотамом, изваянной на стене напротив. Раз уж у неё здесь будет соседка, вежливость не помешает. Молящиеся стали стекаться в храм с рассветом. С первыми солнечными лучами, позолотившими ступени, они шумной толпой обтекли колонны и столпились у алтаря. И, как водится, стали ждать чуда.

Первое чудо произошло тогда, когда ваза со свистом рассекла воздух и пролетела над головой Хатхор. Богиня успела только ощупать голову, чтобы доподлинно убедиться, что всё на месте. И голова, и бесценная золотая диадема с камнями, точно подходящими к цвету глаз.
- Хм, - снова сказала Хатхор. Красноречие не было её сильной стороной в тот день. В этом "хм" уже начала прорезываться негодующая нотка. Пока что ещё очень робкая - эта женщина очень долго не могла разозлиться.
Голос у Таурт был что надо. Хатхор едва подавила в себе желание ощупать голову снова - звуковой волной причёску должно было снести напрочь. Но дочь Ра всё ещё была спокойна.
- Придурка?!!! - крикнула она через весь зал. Верующие легли, как колосья под серпом, с капителей колонн посыпалась каменная крошка. Громкость богиня музыки тоже умела регулировать. - Это у тебя - придурок! И дурно воспитан, к тому же.

Хатхор тоже не любила войну. Но если Таурт могла негодовать по праву, пока злодействовал коварный Сетх, то у супруги Гора были связаны руки. Не могла же она ругать мужа за то, что он несёт добро и справедливость в земли Египта? Хатхор обдумывала много вариантов, как остановить Гора перед походом на войну, и уже не знала, что делать. Она подумала бы и о том, чтобы лечь поперёк порога с заявлением "только через мой труп", если бы не знала, что у бравого супруга хватит силушки, чтобы выйти прямо в стену. И оставить в каменной кладке новую дверь в форме себя.
Она устала от бесконечной войны и от бесконечного ожидания, вернётся ли. От кровавых рассветов, что бывают, если ночью пролилась кровь. От всего устала. И тоже хотела метать вазы.

Поэтому Хатхор очень обрадовалась, когда Таурт первой сделала шаг навстречу. У неё даже от сердца отлегло, и она даже поставила обратно какого-то верующего, которого чуть было не отправила в полёт вместо вазы. Стряхнув с бедняги невидимую пылинку, Хатхор погладила его по голове с материнской заботой. Как только тот вырвался и уполз обратно в толпу, богиня обратилась к подруге по несчастью:
- Да, - признала она, - мой бывает немного упрям. То есть, он не придурок конечно. Он просто упрям. Немного. Но устранять Гора я никому не позволю. Это совершенно недопустимо и притом совсем не вежливо. Правда, если хочешь, могу помочь тебе усмирить Сета. У меня есть отличный рецепт печенья. Едва ли оно ядовито, но его довольно сложно переварить, знаешь ли.

Отредактировано Hathor (2014-07-31 22:44:48)

+2

4

Колонны и людей пошатнуло новой волной праведного возмущения. Ах, значит, это у нее придурок? У нее одной? Да вдобавок ко всему еще и плохо воспитанный? Конечно, Сет - придурок. И еще какой. У него вообще много титулов, и не все они столь же лицеприятные, как у других богов. Но это ее личный титулованный придурок. И нечего всяким там его так называть, это привилегия Таурт. Даже наложницы, осмелившиеся сплетничать о ее дражайшем супруге, оставались без языка. А те, которые не осмеливались – с триппером. Можно назвать это ревностью, а можно – высшей справедливостью. Таурт придерживалась второго варианта, яростно отрицая первый. Настолько яростно, что никто ей уже и не верил…
И в нее еще хотели кинуть какой-то дрянью, каким-то верующим. И кто? Самая жизнерадостная богиня пантеона. Человеком. Фу. Как некультурно. И эта женщина разглагольствует о вежливости и воспитании!
Немного упрям? – Таурт показалось, что она что-то неправильно расслышала. Оно и не удивительно. Такие вопли кого угодно контузят. Некоторые из верующих, например, наверняка еще несколько месяцев будут пребывать в блаженной тишине. Особенно этот дар богинь пригодится женатым мужчинам. – Кажется, я слегка ослышалась. Возможно, ты хотела сказать что-нибудь вроде…Хм?
Она приложила палец к губам, сделав вид, что глубоко задумалась, выискивая из недр памяти подходящие слова.
– …«Гор настолько упрям, что будь он одним из печально известных баранов на мосту – снес бы второго в Дуат. Вместе с мостом. И с собой».
Нет. Похоже, Хатхор хотела сказать именно то, что сказала, а в версии Таурт где-то закралась ошибка. Возможно, мост остался бы целым. Частично.
Злость начала закипать в ней с новой силой, по потолку начала расползаться паутинка трещинок. Печенье? Серьезно? О, великий Ра, как можно быть столь наивной? Сета можно усмирить с помощью печенья только использовав его самого в роли начинки! Хотя рецепт все-таки надо узнать. Если уж это печенье не поставит финальную точку в войне, то хотя бы усадит Сутеха… не на трон, конечно, но в той же гордой позе. А муж, который сидит дома – хороший муж.
Таурт попыталась успокоиться и перестать быть клубком оголенных нервов. В конце концов, она в храме божьем, и кому как не ей, следует вести себя прилично, подавая людям положительный пример правильной египетской женщины. Вести себя прилично не получалось. Да и стараться ради этих, честно говоря, не хотелось. Из сотен художников эти люди смогли отыскать одного из бесчисленных отпрысков династии Рукожоп, чьи творения задели Таурт за живое. Она никогда не была настолько толстой. Никогда. За такие фантазии его бы в Ниле утопить. Или мумифицировать. При жизни.
Злость начала закипать с новой силой.
– Предложи свое печенье Гору, – огрызнулась Таурт. – Пока он будет восседать дома, я разберусь с Сетом.
Опрометчивое заявление, но сейчас женщина верила в свои силы. И в мумифицирование.
– Твой муж уже слишком долго несет свои свет с добром. И никак не может их донести. Похоже, он давно позабыл, куда и зачем их тащит, и кому, кроме него самого, это нужно.
Кажется, она начала догадываться, кто именно из богов рассеял свое семя по миру, породив ту самую бесславную династию, чьи потомки сотворили эти жуткие фрески. Женщина с ненавистью оглядела людей, затем рисунки, и снова швырнула вазу. На этот раз в корову. С этим идиотским желтым гербарием. Ваза смялась, фреска красиво разлетелась. Мысленно прикинула, что таким же броском она могла бы вырубить на пару дней Сета. Идея ей понравилась.
– Нет, устранять кого-либо во имя мира – не выход. Войны и убийства – удел мужчин. А мы, как порядочные жены, должны стоять за их спинами и говорить им...
Что нифига они не великие и вообще козлы, - едва ли не закончила Таурт, но, оценивающе посмотрев на собеседницу, поняла, что таких премудростей жизни ей лучше не знать. Пока что.
– Одним словом, говорить. И благодаря твоему чудесному рецепту у каждой из нас появится дополнительное время для решительных действий.
Богиня мстительно улыбнулась, представив эти самые решительные действия во время переработки печенья.
[AVA]http://sd.uploads.ru/YyCIu.jpg[/AVA]

+2

5

[AVA]http://sf.uploads.ru/t/Ejsdr.jpg[/AVA] Несмотря на то, что словесная баталия разгорелась пуще прежнего, Хатхор всё ещё старалась быть вежливой и пыталась брать пример с флегматичной коровы на фреске. Она призвала всё своё самообладание, чтобы беседа двух уважаемых дам не перетекла плавно в потасовку базарных баб. Репутация миролюбивой богини зарабатывается не один век, а разрушить её можно всего одним броском вазы, притом не слишком метким. И женщина решила подождать: пусть собеседница выпустит пар. Накипело, наверное, уж очень хочется поделиться.
Верующие начали понемногу соображать: если чудеса сегодня всё-таки будут, то какие-то страшноватые. Возможно, кто-то совершит полет, подталкиваемый доброй рукой одной из богинь, и удостоится великой чести повиснуть на колонне. Великая честь, обещающая бессмертие в веках, отчего-то никого не вдохновила, и храм стал пустеть. Но обитатели Файюма не хотели совсем лишать себя развлечения. Они столпились у крыльца и стали напряженно вслушиваться. А послушать было что.

Хатхор смиренно перенесла нападки на печенье, которым так гордилась. Однажды она вывела им из строя какую-то важную шишку из вражеской армии ровно на тот срок, который потребовался, чтобы эту армию победить. За печенье было обидно, но не слишком. Зато за супруга Хатхор сразу ринулась в атаку.
- Уж лучше упрямство, даже чрезмерное, - сказала она, и в глазах ее тоже появилось что-то похожее на свет добра и справедливости,  - чем непомерная жажда власти и желание навредить всем вокруг. И если бы ты могла остановить Сутеха,  то давно уже остановила бы. Значит, сейчас тебе нужна помощь!
Жизнерадостность можно было бы выбить из Хатхор только прицельным ударом обелиска по макушке. Но в распоряжении разгневанной Таурт были пока только вазы. Богиня задумчиво осмотрела обломки священной коровы, отодвинула от себя осколок носочком сандалии. И снова предложила помощь.
- Мне тоже не нравится, что происходит. И я устала от войны. Мы могли бы объединить свои усилия, пока в этом храме ещё остается хоть одна целая фреска.

Таурт считала, что справится сама? Но воюют всегда две стороны, и больше всех страдает именно третья сторона, которая сунется их мирить. Можно было накормить Сета печеньем и нейтрализовать его на несколько дней, пока желудок не справится со стрессом. Можно было применить к Гору какой-нибудь подлый приём, чтобы он проспал очередную Великую Битву. Но потом всё снова начнется заново, сколько вазы ни колоти. К тому же, это было просто вопиюще неэкономично. Хатхор не одобряла.
И она помнила про людей, которые всё ещё ждали снаружи, пока богини выясняли отношения. Эти люди пришли не просить, а славить. Глупо было бы отталкивать предложенную силу, которая предлагалась женщинам и не ради войны, а ради мира.
- Давай впустим их, - сказала Хатхор, заставляя исчезнуть обломки фрески. Вместо накрашенной коровы на стене появился узор в виде цветочных гирлянд. Такие же гирлянды оплели алтарь, распускаясь душистыми бутонами. - Людям нужен этот храм, Таурт. Людям нужны мы обе. А потом, когда все уйдут, мы испечём печенье. Если надо, накормим обоих и будем думать дальше.

И, как ни в чем ни бывало, Хатхор прошлась по храму,  оценивая качество оставшихся фресок.
- Нам нужен новый живописец, - сказала она.  - Или, на худой конец, новое искусство.

Отредактировано Hathor (2014-08-03 18:04:52)

+2

6

Несмотря на то, что сама Таурт крыла Сета разными словами, иероглифы которых обычно рисуют на стенах в самых грязных кварталах, женщина вновь обиделась за сомнительную честь мужа. Разве можно обвинять кого-либо, зная о его качествах лишь понаслышке? Да и то наверняка большую часть – от Гора, у которого не может быть объективного мнения.
Закатывать скандал с битьем посуды, громом, молниями, летающими людьми и их частями, тоже не получалось. Таурт привыкла к определенной отдаче, и спокойствие Хатхор сильно ограничивало ее в действиях.
– И чем же лучше? – усмехнулась женщина, принявшись сосредоточенно поправлять прическу. Казалось, это занятие ее занимает чуть больше, чем полностью. – Если Сет со своими нездоровыми желаниями вредит только себе самому, то упрямство Гора затрагивает не только нас, но и людей. Порой мне кажется, что они давно поменялись ролями.
Она прошлась по храму, и остатки беспорядка, учиненного ей самой, в ужасе попытались скрыться под взглядом богини. Да, действительно. Пора прекращать разводить скандал на пустом месте. Этим важным делом она может заняться и дома, в привычной обстановке. Тем более, ей действительно нужна помощь, хотя признавать это было противно.
– Не могу, – честно призналась она. – Он будет сражаться, пока у него есть противник. И ровно до тех пор, пока вновь не превратится в расчлененку, которую мне придется собирать. Я не меньше твоего устала от войны. Как и от полумер. Победитель должен быть только один. Гор должен выиграть эту битву, а Сет…
Она поморщилась, понимая, что им нужно не только новое искусство, но и новая прогрессивная система правления, в которой поверженных врагов не убивают особо извращенными способами, а… ну… Изгоняют, например, или запирают где-нибудь. Чтобы сидели и думали о своем отвратительном поведении.
– Я знаю, как можно закончить войну в один день. Но для этого мне действительно необходима твоя помощь. Необходимо убедить их обоих встретиться в последней Великой Битве. Не до первой крови, но до смерти соперника. При честном неподкупном судье, который будет следить за тем, чтобы кто-нибудь из них не заполучил победу обманом. И при… гхм… Назовем это командой поддержки для каждого бога. Чтобы они сражались на равных условиях, а не как обычно. И если ты сможешь собрать для своего супруга верных почитателей, то я… пожалуй, назовем это «девичьей памятью».
Злые языки же все равно будут твердить о старческом маразме. Но с ними богиня сможет разобраться без чужой помощи.
Ответа Таурт дожидаться не стала. Ответить можно и после того, как они окажут внимание людям. Не зря же они толпятся там, вслушиваясь в каждое слово богинь. Тем более, именно эти люди могут им пригодиться.
Женщина натянула на лицо самую лучезарную из своих улыбок, хотя на душе было погано. Ее предложение даже звучало подло, а об исполнении и думать не хотелось. Однако в войнах надо принимать сторону победителя. Для собственного же благополучия.
[AVA]http://sd.uploads.ru/YyCIu.jpg[/AVA]

Отредактировано Taweret (2014-08-04 12:55:35)

+2

7

[AVA]http://sf.uploads.ru/t/Ejsdr.jpg[/AVA]Хатхор не верила в последнюю Великую Битву. И даже в предпоследнюю. Даже если Гору удастся разобраться с Сетом и отомстить за отца, за которого мстит уже не первую сотню лет, то потом появится новое абстрактное мировое зло. С которым тоже надо будет сражаться, не щадя жизни. Просто потому, что это Гор - Хатхор знала, за кого выходила замуж. И опасалась, что воинственный супруг просто зачахнет от безделья, если все враги внезапно изведутся под корень.
Богине очень не хотелось думать о том, что случится, если не сработает и этот план. Она вообще уже слышать не могла ни про какую стратегию, ни про хитрые планы для скорейшего устранения противника. Иногда женщина думала, что дом превратился в военный лагерь. Весь такой уютный, в цветочках и с запахом благовоний, но тем не менее лагерь. И ей это надоело. Сейчас Хатхор хотела петь, танцевать и улыбаться. Хотела устроить скромный пир - всего на тысячу человек и с двадцатью переменами блюд. В земле Та-Кемет явно не хватало веселья.

Поэтому богиня улыбнулась так, что первые ряды верующих попятились, ослеплённые сиянием, и слегка придавили тех, кто стоял во втором ряду. Хатхор милостиво прекратила улыбаться, пока беспорядок поспешно не устранился сам собой и прихожане не приготовились внимать. Пока египтяне подходили к алтарю с корзинами подношений, богиня сочиняла речь. Это должна была быть Речь Года. Такая, которая бы воспламенила сердца, захватила умы и всё такое. Словом, чтобы все эти милые люди сейчас же, сию минуту стали последователями и Гора тоже. Лишних верующих не бывает, особенно в таком деликатном деле, как борьба за власть. Или за мир во всём мире.
Стараясь улыбаться не слишком уж ослепительно, Хатхор помахала толпе ручкой. Толпа приободрилась, и скучающие задние ряды даже перестали отковыривать от стен ещё сыроватые фрески. Те самые бессмертные шедевры династии Рукожоп.
- Приветствую, о народ Кемета! - в голосе богини были солнечный свет и мёд. Хороший голос, приятный, но долго слушать невозможно - это как съесть слишком много сладостей. - Да будет наше благословение над этим храмом, моё и почитаемой Таурт!
При слове "Таурт" она незаметно подтолкнула локтем коллегу - мол, благослови и ты их чем-нибудь. Только не триппером, пожалуйста, а чем-нибудь полезным.

После этого Хатхор приступила прямо к делу. Речь Года была ещё не совсем готова, но женщина была готова рискнуть ради благого дела и принялась импровизировать. Для начала она решила как следует напугать файюмцев единственным, чего они боялись по-настоящему - тем, что их оазис вскоре исчезнет под песками пустыни. Сета здесь не любили: обжигающие ветра, засыпающие песком колодцы, здесь считались дыханием бога бедствий.
Файюмцы испугались довольно быстро, как пугается всякая толпа. Они зароптали, заволновались и немедленно заинтересовались тем, кому же молиться, дабы избежать грядущих бедствий. И конечно, у Хатхор уже был наготове ответ.
Она была довольна, что таким образом получилось заполучить внимание стольких верующих сразу, и кивнула Таурт - "получилось".
- А теперь я пойду домой, - сказала Хатхор тихонько, чтобы её слышала только стоявшая рядом богиня. - И буду всячески вдохновлять Гора на Великую Битву. Я думаю, что мы - добро, то есть, - в этот раз победим. Но ты всё-таки возьми рецептик.
И она сунула в ладонь Таурт небольшой папирус с описанием, как приготовить великолепный, деликатесный, вызывающий диарею десерт.

Жизнь определённо налаживалась.

Эпизод завершён.

Отредактировано Hathor (2014-08-22 00:34:33)

+3


Вы здесь » In Gods We Trust » Архив завершенных флэшбэков и AU » (3400 лет до н.э.) Men go to battle. Women wage war


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC