In Gods We Trust

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » In Gods We Trust » Прошлое и будущее » (10/10/2013) Одни дома


(10/10/2013) Одни дома

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Время действия: 2011 год
Участники: Гор, Ихи
Место событий: Каир, Египет. Квартира Гора
Описание: иногда бывает нелегко оставаться на весь вечер с младшим сыном, его повышенной пытливостью, адской изобретательностью и бесчисленными ловушками. Ещё сложнее, попавшись в одну из ловушек и качаясь под люстрой в позе матерящейся куколки, пережить нападение грабителей и удержаться в рамках рейтинга "Детям до пяти тысяч лет обязательно присутствие родителей".

+2

2

На этот вечер у Ихи было очень ответственное, важное и невероятно сложное задание. Ему нужно было присматривать за папой. Груз ответственности давил на плечи мальчика: присматривать за папой не всегда удавалось даже маме. А это что-то да значило.
Вообще-то, отец сам виноват. Ему следовало бы насторожиться примерно в тот момент, когда мальчик перестал генерировать вокруг себя совершенно немузыкальный шум, задавать глупые вопросы и неожиданно затих, спрятавшись где-то в недрах квартиры с очень одухотворенным, пожалуй, даже слегка безумным выражением лица. Трудился Ихи долго. Даже очки от усердия запотели. Но результат стоил любых усилий.
Болтающийся под потолком папа вызывал смешанные чувства в душе любящего сына. Конечно же, это было красиво. Очень красиво. Задрав голову, мальчик созерцал инсталляцию «Сокол в часы досуга», с истинным восхищением творца, который смотрит – и видит, что это хорошо. Звуки, которые при этом издавал Гор, казались Ихи до невозможности мелодичными. Чем-то средним между сороковой симфонией Моцарта, шумом дождя и пением птиц. Несколько раз в порыве вдохновения мальчик даже взмахивал руками, в попытке дирижировать. Правда, вовремя соображал, что это – неуместно и смущенно тер лоб, притворяясь, что занят обдумыванием решения проблемы. Проблема заключалась в том, что Ихи не знал, как все вернуть «как было». Без причинения вреда папе, потолку или же любимой скакалке. Стыдно признаться, но скакалку было особенно жалко. Скакалка – вещь полезная в быту и многофункциональная.
Залюбовавшись своих рук твореньем и даже призадумавшись над его усовершенствованием, мальчик даже не сразу понял, что нарушает всю гармонию композиции, раздражая, словно зудящий над ухом комар, которого никак не получается убить, или, хотя бы, увидеть. Раздражающий скрежещущий звук доносился со стороны входной двери. Но даже не он коробил чуткий музыкальный слух бога, а грубый невежливый мат, не прекращающийся ни на секунду.
Ихи всегда был добрым и отходчивым мальчиком, готовым простить всё, всех и даже Джастина Бибера, но вот нарушения гармонии он простить не мог. Любой человек в такой ситуации позвонил бы в полицию, вежливо объяснил ситуацию и попросил срочно приехать. Любой нормальный человек  в панике заорал бы полицейским в трубку подслушанными из-за двери матами, тем самым сильно увеличив шанс на их прибытие.
Но Ихи не был человеком. Он был богом, и даже более того, одним из сыновей великого воина. И если уж ему не довелось поучаствовать ни в одной из битв, это вовсе не значит, что он не способен постоять за себя и отца, когда к ним в дом нагло и без предварительного звонка кто-то вторгается. Это прекрасный шанс доказать, что он тоже может.
– Не бойся папа. Я их остановлю, – деловито сообщил мальчик, поспешно обыскивая комнату в поисках своего кларнета. Роялем, конечно, было бы надежнее, но рояль за собой особо не потаскаешь, да и к потолку его крепить уже некогда.

Отредактировано Ihy (2014-09-04 17:14:57)

+7

3

Гор стал отцом пять с половиной тысяч лет назад, когда ещё никто слыхом не слыхивал о детской и вообще чьей-либо психологии, развитии личности, консервативных и прогрессивных методах воспитания детей, социализации, бесконфликтной дисциплине и прочих премудростях. В те времена родители впихивали в детей основы своей профессии, краткий курс мифологии и богопочитания, а потом, если оставалось время, концепцию того, что мать и отца, когда они постареют, лучше всё-таки не выгонять в пустыню. Мало кто был озабочен чем-то свыше этого. Умение же не бить и не орать на ребёнка, пока он не лезет на пирамиду, под которой покоится величайший фараон, считалось признаком невиданного терпения.
Своих детей царь Кемета воспитывал строго, как воинов, как защитников страны. Любил их отчаянно, тренировал ещё крепче, видел в них своё продолжение - и в то же время осознавал, что они завораживающе непохожи на него и даже друг на друга. Наверное, каждый родитель сталкивается с таким озарением. Это окупает все тревоги из-за того, что часть сердца теперь всегда будет существовать вне твоего тела, иметь собственное мнение и периодическую склонность возвращаться домой лишь под утро.
Так выросли четыре сына Гора. Пятый оказался Ихи. Воспитание к нему не липло совершенно, пришлось просто любить.
Последствия этого Гор очень хорошо прочувствовал, болтаясь под потолком и раздумывая, очень ли ему будут нужны ноги на этой неделе. Выходило, что пригодятся. Но и скакалку сына портить не хотелось. А судя по запутанным узлам и вплетённым в них усложнителям в виде пружинки-слинки, провода от наушника и бельевой верёвке, шанс бескровно освободиться стремился к нулю.
- Ихи, послушай меня, - в сотый, наверное, раз, сказал Гор. - Ты ведь гений, всегда был им. Сейчас ты успокоишься, вдохнёшь, выдохнешь и придумаешь, как меня отсюда спустить. Хорошо? Давай, дыши.
То ли кислород в комнате был какой-то не такой, то ли мальчик просто не горел желанием освобождать отца, но ничего не получалось. Гор раздражённо прокрутился против своей оси и попытался погладить сына по волосам, отчего только покачнулся.
Он не сердился, старательно не сердился, хотя ловушка и была сравнима в коварстве с одной пустынной змеёй, скакалка пережимала щиколотки, а вся кровь неприятнейшим образом давила на голову. Не сердился. Сам виноват. Вызвался посидеть с сыном, пока старшие дети будут заняты, - должен был быть готов ко всякому. Но понадеялся, что жутко-хитроумные силки на некоторых птичьих остались в той квартире, где обреталась дружная коммуна сыновей. Как оказалось, нет. Как оказалось, ловушкой может стать что угодно.
Таким сыном стоило гордиться. Что Гор и проделывал, лишь временам прерываясь на подозрительное зырканье в сторону Ихи, который будто бы пытался дирижировать его пыхтением. Или просто махал руками.
Из-за шума крови в ушах Гор не сразу понял, что в дверь кто-то ломится.
Когда же понял - решил довериться Ихи, дать возможность показать себя. Его сын всегда по духу был воином, он справится с ситуацией. Нужно только дать ему пару наставлений.
"Не бойся", - хотел сказать он, но не увидел в голубых глазах сына ни проблеска страха. Вот тогда стало страшно уже Гору.
- Ихи, стой, - велел он. - Ты не будешь их убивать, хорошо? Положи кларнет. Губную гармошку можешь взять, ладно. И утиную свистульку. Но кларнет - это слишком большой калибр. Мы боги. Мы не должны причинять вреда смертным, если этого можно избежать. Сначала спроси, чего они хотят. Может, просто соседи зашли попросить соли.
Амплитуда раскачивания позволила заглянуть в коридор и мельком увидеть, как конец лома начинает отжимать дверь от косяка. Если это и были соседи, то это явно был один из самых тяжёлых случаев зависимости от хлористого натрия в мире.
"А может, стоило разрешить кларнет"... - подумалось Гору.

+7

4

Ихи недоуменно поднял одну бровь, теперь уже всерьез испугавшись за рассудок папочки. Приличные соседи в такое время дома сидят, телевизор смотрят, а не вторгаются в чужой семейный уют совершенно непотребным образом. А каков был предложенный выбор музыкальных инструментов? Конечно, Гор никогда не отличался хорошим музыкальным вкусом, но утиная свистулька!? Это было не только вульгарно, но и оскорбительно. Очевидно, отец не знал ни одного анекдота про кларнет, а посвящать его в такие детали музыкального мира мальчик не собирался. Знал: не оценит суровая душа воина столь тонких материй.
И все же, сыном он был примерным и образцовым. Ну… как образцовым? Иногда он даже слушался папу, строя при этом такие рожи, что проще было позволить ему поступать так, как сам мальчик считал нужным. Вот и сейчас он с сожалением отложил кларнет, которым уже успел вооружиться, и откуда-то из недр притащенного им хлама вытащил старое расхлябанное детское пианино, в хитроумном устройстве которого планировал разобраться нынешним вечером.
Благоговейно провел пальцами над клавишами. Теперь это была не жалкая китайская игрушка, в глазах мальчика пианино резко возросло в статусе, будучи помещенным где-то между мечом Михаила и рогом Рафаила. Возможно, оно было не столь смертоносным, как меч, но уж точно музыкальнее рога.
Пальцами показав «OK», мальчик подбежал к двери и звонко крикнул:
- Соли нет, про бога говорить не хотим, пылесосы не покупаем!
Незваных гостей это заявление почему-то не остановило. Однако мальчик уже знал, что и свидетели Иеговы, и продавцы-коммерсанты бывают на редкость настойчивыми, теперь от них так просто не отделаешься.
На некоторое время посетители пришли в замешательство, а затем продолжили свое небогоугодное дело с двойным усердием. Ихи ждал, затаив дыхание. Такой шанс проявить себя достойным сыном выпадает нечасто, очень важно было не пропустить момент, когда от выжидания следует переходить к решительным действиям.
Наконец дверь распахнулась, и мальчик несколько раз ударил грабителей,(а это, судя по восхитительно криминальным рожам, были именно они) по рукам. Пожалуй, это был самый нетрадиционный способ использования детского пианино, зато каждый удар сопровождался прямо-таки величественной какофонией из китайской музыки, блеяния коров, лая кошек, и, кажется, Ихи даже расслышал крик орангутанга в весенний сезон.

Каждый писатель находит своего читателя, а каждый музыкант – своего слушателя. По крайней мере, Ихи верил, что именно очарованность музыкой, а не банальное охренение заставило грабителей ошеломленно замереть на пороге, что дало мальчику возможность оценить расстановку сил, понять, что он слишком молод для этого дерьма, отскочить на пару метров назад и… он сам не понял, как оказался сидеть на опасно раскачивающейся люстре, чуть повыше отца.
- Я это… - почему-то шепотом сказал он, пытаясь одновременно уменьшить угол раскачивания, удержаться на месте, не пнуть папу и достать из кармана нож. – Я лучше тут подожду. Стратегически выгодная позиция.
И с удвоенным усердием принялся резать скакалку.

Отредактировано Ihy (2014-10-03 07:39:54)

+4

5

Пусть технически Гор в полном составе болтался под люстрой в гостиной, сердцем он был со своим младшим сыном. Который демонстрировал завидный боевой дух и высокое мастерство владения клавишными инструментами. Иначе и быть не могло, всё-таки не зря Ихи считался гением ещё с младенческого возраста.
Гор всех своих отпрысков считал одарёнными величием и разнообразнейшими талантами с того самого момента, как они начинали слегка оттопыривать живот Хатхор, но не суть.
Он отчаянно болел за сына, который храбро вышел навстречу неизвестным визитёрам. Имейся в пределах досягаемости помпоны болельщицы, Гор размахивал бы ими, но чего не было, того не было. Он совсем недавно переехал в эту квартиру, не успел обзавестись всем необходимым. Так что приходилось просто слушать звонкий голос Ихи и мартовский мяв пианино. Восхитительные, несмотря на всю какофоничность звуки. Если бы сорокапятилетнему Бетховену выдалось услышать эту мелодию, он снова обрёл бы способность слышать. И записался бы в самые горячие последователи египетского бога музыки. Потому что опасно, крайне опасно не выказывать должного почтения юному дарованию, что умеет так виртуозно избивать людей игрушечной пианинкой.
- Давай, Ихи, на бис! - воскликнул Гор из своего подпотолочья. Скакалка согласно затрещала. - Я горжусь тобой!
Скакалка тоже гордилась - из последних сил.
Судя по всему, Ихи решил получить отцовской гордости непосредственно из источника. Или, что вероятней, но о чём не хотелось думать, он искал спасения. От тех соседей, что вряд ли были соседями, потому что Гор точно не селился в в горнодобывающей и древообрабатывающей тюрьме. А именно там проживали незваные гости, судя по их комплекции и общему внешнему виду.
- Конечно, подожди, - покладисто сказал Гор, наблюдая за пляской ножа между пальцами сына. "Не порезался бы", - подумал он. Хотя стоило думать в другом ключе: не прирезал бы кого.
Гор был отцом строгих правил, он запрещал сыновьям убивать кого-либо до достижения четырнадцати лет. То, что Ихи уже много веков как не взрослел, роли не играло. Он был младшим.
Первый грабитель шагнул в комнату. Одновременно с этим голова Гора вместе со всем крепящимся к ней направилась на встречу с полом. Было больно. И громко.
Из взметнувшейся пыли и воплей восстал Гор, правитель Кемета и лучший в мире папа, который не матерится при детях даже в таких ситуациях.
Ну, по крайней мере, в общепринятом представлении его крики не были матерными.
- За Осириса! УБЬЮСЕТА! - рявкнул он и врезался головой в живот незваного гостя. Даже в сравнении с полом его пресс был весьма крепок. Но разве могут кубики простого смертного устоять против великого воина прошлого?
Следующие пять минут заставили грабителя пересмотреть своё отношение к жизни и способам заработка. Те, что настали после них - даровали ему раскаяние во всех других грехах. Дальше он просто скулил без особых прозрений.
Гор, который не забывал дополнительно пинать его за каждый не слишком цензурный звук, что успевал вырваться во время трёпки, почувствовал себя слегка разогревшимся и успокоившимся. Остальные грабители предусмотрительно потерялись. Либо же строили планы по совместному массированному нападению на боевого папашу. Люди бывают поразительно глупыми.
Гор встал под люстрой и протянул руки к сыну.
- Всё, можешь спускаться. Уже безопасно, правда. Ихи? Ты ведь хочешь спуститься?
Между гнездовьем младшенького и руками Гора оставалось не меньше метра. Он старался не фокусировать внимание на том, что его роста не хватает для аккуратного стаскивания Ихи вниз.
Грабитель тоже отчаянно об этом не думал.
Но ему не повезло.
Оглядевшись в поисках чего-нибудь вроде стремянки, Гор прикипел к нему взглядом. Который не предвещал ничего хорошего.
Бедняга заскулил и попытался отползти. Тщетно.
- Ты! Поможешь мне.
Гор подхватил его поперёк туловища и в своей непререкаемой манере поднял к потолку. Весил тот, конечно, немало, но всё-таки Гор был богом и, пусть пыхтел, уверенно держал его на вытянутых руках.
Теперь здоровенные грабли, идеально подходящие для выбивания дверей и нанесения тяжких телесных, слегка подрагивая, тянулись в сторону Ихи, будто смертный умолял его спасти.
- Спускайся, Ихи. Ты не должен бояться. Это были всего лишь люди, они не опасны. Люди желают тебе добра, - сказал Гор, аккуратно сдвигая свой импровизированный инструмент чуть правее. И, с намёком вдавив в бока грабителя пальцы с внушительными хищными когтями, добавил: - А тех, кто не желает, я лично в котлету превращу.[AVA]http://faith.rusff.ru/img/avatars/0014/23/40/5-1406347082.png[/AVA]

+4


Вы здесь » In Gods We Trust » Прошлое и будущее » (10/10/2013) Одни дома


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC