In Gods We Trust

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » In Gods We Trust » Прошлое и будущее » (~3350 г. до н.э.) Мир - всего лишь сон войны


(~3350 г. до н.э.) Мир - всего лишь сон войны

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

Время действия: примерно 3350 год до нашей эры
Участники: Сет, Гор
Место событий: Пер-Уаджет, Египет
Описание: иногда для того, чтоб при встрече не пролилась кровь, достаточно всего лишь не признать друг друга. Или враг - врага.

[AVA]http://s7.hostingkartinok.com/uploads/images/2014/09/b7155004d8b822edc324bb6577ea2148.png[/AVA]

0

2

[AVA]http://s7.hostingkartinok.com/uploads/images/2014/09/b7155004d8b822edc324bb6577ea2148.png[/AVA]
Столица Нижнего Царства показалась Гору немыслимо громкой, яркой, торопящейся. До этого он не покидал острова, омываемого Великой рекой, и лишь сейчас понял, как всё-таки огромен внешний мир: больше острова, больше всей дельты Нила, больше, намного больше. Возможно, в нём был даже не один такой город, как Пер-Уаджет, а несколько.
Подумать только, и мать стремилась оградить его от всего этого! Никак не верила, что он достаточно взрослый, и если встретит подлого Сета или других злодеев, покажет им, чего стоит сын Осириса. Он уже взрослый, ему уже восемь лет. Хватит прятаться, пора узнать, чем живёт принадлежащее ему царство.
Поэтому он выждал удобного случая, когда Исида оставила его одного, и сбежал. Нил он пересёк в соколиной форме, так же преодолел путь до города. И летал над его крышами, пока не устали некрепкие ещё крылья. Пришлось принять облик мальчишки - даже с человеческой головой, чтоб не привлекать внимания.
Поначалу он дичился людей. Высокие и низкие, толстые и тощие, обвешанные украшениями или прикрывающие наготу лишь драными набедренными повязками, шумные, с резкими голосами и обветренными лицами... все они были незнакомы ему, думали неизвестно что и заставляли внутренне сжиматься каждый раз, когда кто-то смотрел его сторону. Все они отпугивали его, выросшего в уединении с матерью, знающего лишь её голос и облик.
Но не подобает царю по праву и по крови выказывать страх. Более того, не подобает бояться.
Поймав себя на низменном чувстве, Гор закусил губу и спрыгнул со стены, опоясывающей Пер-Уаджет.
На самом деле это был его город и его подданные. Его торговцы хватали его прохожих за руки и надсадно расхваливали товар. Его детвора носилась по улицам в буйных играх. Его стражники степенно расхаживали туда-сюда, держа ладони на рукоятях мечей.
Его кузнец размахивал хопешами, разрезая подброшенные платки, привлекая покупателей остротой и идеальной балансировкой оружия. В глазах Гора воспылал огонь.
Забыв о страхе, он приблизился к кузнецу, склонил голову.
- Приветствую тебя, славный оружейник. Не будешь ли ты так любезен явить мне больше своих острых клинков, что отнимают жизни у врагов и служат защитой друзей?
Кузнец покосился на него без особого почтения, пробормотал что-то недовольное и отвернулся. Он видел лишь одного из тех сорванцов, что носятся сломя голову и всюду мешаются. Пожалуй, даже более грязного, чем остальные.
Трижды Гор пытался привлечь внимание оружейника, просил лишь дать взвесить меч в руке, рассказывал, как ему важно научиться разить врагов. Обещал стать великим воином и защитить весь Кемет - и кузнеца в том числе. Тщетно.
Замолчав, Гор долго стоял у лавки, и взгляд его прикипел к большому тяжёлому мечу, что стал бы гордостью любого воинственного мужа.
"Пшёл вон, сопля! - прикрикнул кузнец на наглого мальчишку. - Не то палкой отхожу!" Гор вспыхнул: как смеет человек так обращаться с ним, сыном Осириса и Исиды, своим законным правителем?! С тем, кто будет проливать за него кровь?
Кузнец навис над ним, бородатый, гневный, пахнущий потом. Гор со всей силы толкнул его в живот, схватил хопеш и бросился прочь. Крики огласили рынок. Мальчишка прошмыгнул под рукой стражника, обогнул другого и едва не врезался в чьего-то осла. Не сбавлял хода и не оглядывался, достаточно было слышать ругательства в адрес мартышкиных детей с грязными воровскими лапами, чтоб понять: преследуют. Меч он тащил, оперев на плечо, и при каждом скачке заточенное с обеих сторон лезвие грозило поранить шею. Конечно, Гор собирался вернуть хопеш. А его недолгое отсутствие стало бы отличным наказанием за обиду, нанесённую божественному сыну.
Когда-нибудь он вернётся сюда, возмужавший и царственный. Отомстивший за отца, сбросивший тиранию Сета, героей. И ни взглядом, ни словом не упомянет о том, как кузнец гнал его по улицам, осыпая проклятиями. Кузнец, само собой, вспомнит его. Склонится до земли и попросит прощения за непочтительность, что проявил давным-давно, не признав своего истинного правителя. А Гор милостиво попросит его встать и поблагодарит, ведь меч, выкованный этим мастером, помог ему освоить премудрости сражения.
Тут в спину врезался точильный камень, которым кузнец с досады запустил вслед вору. Гор покатился кубарем, чудом не отрезав себе голову. Некогда было медлить и баюкать боль в разбитых коленях, он тут же вскочил и помчался дальше.
Но мысли его приобрели иной характер.
"А может, этот город примет сторону Сета. И тогда я войду в него с огнём и мечом, и в глазах моих будет скорбь о том, что приходится убивать детей Кемета. Этот мерзкий старик выйдет против меня с тысячей острейших хопешей, но я сломаю все их, один за другим. И когда будет преломлен последний, старик узнает. И горько пожалеет. Я, конечно, прощу его, если Пер-Уаджет признает меня правителем. И если кузнец преклонит колени".
Вокруг стелились городские задворки. Гор снизил темп, огляделся - за ним уже никто не гнался. Можно было остановиться и перевести дух. Мальчик рухнул в пыль, сжал руку на груди. Сердце стучало, как бешеное.
За этот день он не только узнал, как выглядят смертные и их города, но и получил страшное оскорбление, претерпел преследования и чудесным образом от них спасся. Будет что вспоминать во время дальнейшего заточения на острове.
Дыхание постепенно выровнялось. Поднявшись, Гор принялся изучать свою добычу.
Бронзовый хопеш. Острый. Прекрасный.
Таким он мог бы победить Сета.
Гор взял меч, взмахнул на пробу. Тело повело вслед за клинком, едва удалось удержаться на ногах.
Он упрямо стиснул зубы и принялся наносить удары невидимому противнику. Рукоять приходилось крепко держать обеими руками, и всё равно вес хопеша заставлял мотаться из стороны в сторону. Лезвие то и дело утыкалось в землю и норовило оттяпать половину ступни. Но кровь коварно убитого Осириса, что текла в жилах Гора, требовала упорства.
- Я буду... великим... воином!.. - повторял Гор, разрубая воображаемого бога зла и бедствий снова и снова. - Я всех... защищу!

+4

3

В стенах столицы Нижнего Царства звучали гимны царственной чете, а жрецы приносили жертвы и жили надеждой на его возвращение благого царя. В своих молитвах просили они всемогущего творца Атума растопить живительным солнечным светом посмертный холод и вдохнуть заново жизнь в предательски убитого Уннефера. Молили они и о наказании занявшему престол Сутеху. И словом, и мыслью не признавая власть убийцы. А когда взор не Атума, но нового царя коснулся их, гордая столица Нижнего Царства подчинилась.
Пер-Уаджет склонил голову и сложил оружие.
Но прежде - город тысячей сердец замер в ожидании расправы за неповиновение, и кара стала бы заслуженной, однако владыка пустынь был милостив. Пер-Уаджет уже знавал непоколебимую суровость Геба, строгую справедливость Осириса. Теперь он увидит и милость - издевательскую милость бога хаоса.
Не огнем и мечом прошел он по проклинающему его городу. Сутех, законный царь Кемета, представ перед людьми, сделал им самый драгоценный подарок - свободу выбора. Драгоценное право самим решить свою судьбу - они могли признать его власть или разделить участь своих вожаков. И вызов во взглядах сменился покорностью, роптание – молчанием, и немым свидетельством непокорности столицы остались раздувшиеся от жары и тронутые тленом прибитые к деревянным столбам тела вельмож и груда поломанных клинков у их ног.
Пер-Уаджет дрожал и бился в судорогах. Падали каменные изваяния, рушились статуи - храмы исторгали из себя память о почитании Исиды и Осириса.
Отныне это был город Сутеха.
Неузнанный Сет шел по узким улочкам Пер-Уаджета. Немногие признавали в нем подчинившего их царя. Светлокожий и светлоглазый, в простых одеждах – он походил на чужестранца, случайного гостя далеких стран, заглянувшего в древний город в скорбный для него час. Слух песчаного уловил отдаленные крики – жизнь в Пер-Уаджет продолжалась. Люди торговались, бранились, смеялись и старательно не думали о том, что еще вчера клялись не преклоняться пред убийцей царя Кемета.
Усмехнувшись своим мыслям, Сутех незаметно подобрался к городской окраине, где узрел любопытную картину. Мальчишка пытался орудовать слишком тяжелым для него хопешом, ежесекундно рискуя ранить самого себя вместо того чтобы поразить невидимого противника. Губы бога хаоса тронула улыбка. В мальчишке чувствовались упорство и ярость – Сету был хорошо знаком этот взгляд, это чувство внутри, что не дает разжать уставших рук и бросить оружие. Прекратить разить пустоту – раз за разом, в нетерпеливом ожидании, что когда-нибудь яростные удары найдут свою цель. Когда-то он и сам был таким же.
- Если раньше не отрежешь себе ноги, - с усмешкой произнес Сутех, подойдя к мальчишке, и тут же благоразумно отшагнул в сторону - хопеш со свистом по смазанной траектории расчертил перед ним воздух. С такой же яростью, которая горела в пронзительно голубых глазах державшего его.
- Ты не научишься сражаться и никогда не поразишь своего незримого врага, - продолжил пустынный, и, заметив еще большую ярость на лице мальчика, с усмешкой продолжил. – Это оружие слишком тяжело для тебя. Оно создано для руки взрослого воина.
Требовательным жестом Сутех забрал из уставших рук тяжелый клинок, взвесил на ладони. Взмахнул, пробуя, и небрежно бросил на песок.
- … и создано скверно.
Что-то во взгляде мальчика, в чистых ясных глазах, где сошлись звериная ярость и бесконечное одиночество, не дали пустынному уйти. Еще не осознав, что вело им, песчаный вытащил из своих ножен легкий клинок из железа, которое египтяне старательно обходили стороной, отдавая предпочтение бронзе и меди. «Кости Сета» - так они называли металл цвета свернувшейся крови, веря, что из него же состоит и скелет бога хаоса. Глупое заблуждение, которое, однако, он не торопился развенчивать. Сутех протянул мальчишке оружие. Напитанному силой пустынного, ему не страшны ни время, ни стихии.
- С этим будет легче. Попробуй.
[AVA]http://6.firepic.org/6/images/2014-09/14/eqz3cx9wbkom.jpg[/AVA]

+4

4

Гор тренировался - и ощущал истинное счастье. Непреложное, яркое, бьющееся в венах азартом и осознанием своей силы. Он уничтожал бесчисленные воинства, насланные Сетом, убивал скалящихся чудищ, разрубал дикие горы, восставших против богов. Он царил на поле битвы, как вскоре воцарится в Обеих Землях. Он сражался, отбрасывал чужие клинки, пробивал доспехи и разил прямо в чёрные сердца противников.
И пусть нарастающая усталость глодала тело, как дикий зверь, пусть яростно вгрызалась в каждую мышцу, она всё равно оставалась всего лишь вторым врагом для Гора. Пока жил убийца его отца, он не мог обрести покой.
Раздавшийся рядом голос заставил сделать выпад - один из самых удачных, что получились за всё время тренировки. Незнакомец успел уклониться, Гор замер, с трудом держа меч на весу и тяжело дыша. Руки дрожали от перенапряжения.
- Научусь. Поражу, - сказал он упрямо, гневно.
"Не смей насмехаться", - хотел добавить он, но вовремя зажевал губу. Впрочем, в глазах и выражении лица прекрасно читалось недосказанное.
И неважно, что перед ним стоял взрослый бог, явно опытный воин, явно сильный. Каким ему самому только предстояло стать однажды. "Стану", - пообещал себе Гор.
И отдал меч лишь с секундной заминкой. Незнакомец только раз взмахнул клинком и сразу же забраковал. Гор зыркнул исподлобья: обида, нанесённая хопешу, задела и его тоже, ведь он так восхищался мечом чуть ранее.
- Я намерен стать взрослым воином в ближайшем времени, потому и решил сразу начать с соответствующего клинка.
Прозвучало хорошо. С достоинством. Горделивая решительность фразы будто бы стёрла с Гора некоторую часть грязных пятен неизвестного происхождения, что возникают на каждом предоставленном самому себе ребёнке. Один он был довольно давно, и это заметно сказывалось на облике.
Пусть предостережения о коварных незнакомцах, что испокон веков матери повторяют своим детям, для скрываемого наследника престола были жизненно важны, Гор продолжал говорить со взрослым богом. Он не знал его имени, не мог проникнуть в помыслы, но прямо и спокойно встречал взгляд, в котором читались одобрение с незлой усмешкой.
За эту короткую вылазку он уловил из чужих разговоров чуть ли не больше слов, чем слышал за всю свою жизнь. Увидел множество смертных, приятных или безобразных (последних было больше), россыпи чудес, ворох непонятного. Побывал главным героем захватывающей погони, завладел сокровищем злого кузнеца. Всё это вызывало восторг первооткрывателя. Мир оказался непредставимо больше и интересней, чем можно было помыслить. И ликование от этого знания распирал сердце.
А теперь с ним разговаривал взрослый бог. Серьёзно разговаривал, пусть и улыбался. Хотел помочь, предлагал свой клинок.
- Мне правда можно?..
В глазах Гора блеснула радость птицы, после долгого заточения вернувшаяся в небесные просторы. Бронзовый хопеш был забыт. Действительно, скверно скованная железяка.
Затаив дыхание, Гор принял меч. Удивительно лёгкий, тонкий - и как только не гнётся от касания. В нём ощущался отпечаток чужой силы, она окутывала клинок и питала его. Мальчик осторожно опробовал его остроту - казалось, кровь на ладони выступила ещё до того, как лезвие соприкоснулось с кожей.
- Острый, - сказал он восхищённо.
Очертил клинком сияющую дугу, сделал пару выпадов. Удары были такими же интуитивными, как и прошлые, нанесённые бронзовым хопешем, но давались намного легче. Теперь лезвие не утыкалось в землю после каждого удара, а из плеч исчезло напряжение.
Больше случайно, нежели по осознанной задумке, в одном из ударов Гор рассёк муху, кружащую возле уха взрослого бога. Издал победный клич, подпрыгнул - первый противник повержен! Тут же опомнился, отвёл меч и сам отдалился на пару шагов в сторону, чтоб не нанести нечаянной раны.
Чувствуя чужое одобряющее внимание, продолжил пробовать выпады. Отражал чужие удары, тут же контратаковал, уклонялся и ранил, обезоруживал и покорял. Он никогда не видел настоящего сражения, только представлял их, но полагался на кровь своих предков, на предназначение великого воина.
Меч ощущался как продолжение руки, и менять траекторию удара было так упоительно легко. Так же легко небесный сокол резко разворачивается в полёте, достаточно лишь чуть сменить положение крыльев.
С этим мечом он был бы непобедим.
Намахавшись клинком до полного обалдения, Гор вспомнил о том, что не один и что пользуется лишь чужой добротой. Уже хотел было вернуть меч, даже протянул рукоятью вперёд, но в последний момент передумал, перехватил оружие, снова принял подобие боевой стойки - прямо против взрослого бога, глядя ему в глаза.
- Вызываю тебя на бой! - воскликнул он, закусывая краешек рвущейся наружу улыбки, полной безграничного счастья.
На острове жилось привольно, он ни в чём не нуждался с того дня, как научился добывать себе пищу. Но чего всерьёз, невосполнимо не хватало, так это чужого присутствия. Возможности перекинуться с кем-то словом, увлечь в игру. Просто побыть с кем-то.
- Если проиграешь, отдашь мне свой меч, - заявил Гор почти серьёзно. - А если я проиграю, то... то... Прокукарекаю пять раз? Могу больше.
Оставалось надеяться, что не очень много - со счётом у него были проблемы.
[AVA]http://s7.hostingkartinok.com/uploads/images/2014/09/b7155004d8b822edc324bb6577ea2148.png[/AVA]

+3


Вы здесь » In Gods We Trust » Прошлое и будущее » (~3350 г. до н.э.) Мир - всего лишь сон войны


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC