In Gods We Trust

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » In Gods We Trust » Прошлое и будущее » (19.01.2014) Самба де Жанейро!


(19.01.2014) Самба де Жанейро!

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

Время действия: 19 января 2014 года.
Участники: Гермес, Гермафродит.
Место событий: Рио де Жанейро.
Описание:
Кроха сын к отцу пришел и спросила кроха:
- "Папа, с грудью хорошо?"
- "Да, сынок, неплохо"

Кризис среднего возраста - суровая штука даже для богов. Вот и Гермес под влиянием оного и внезапного отеческого порыва решил разыскать бедового сына и, как водится в латиноамериканских сериалах, начать все с начала. Ну или наверстать упущенное. И место для этого выбрал самое подходящее. Не рассчитал он только со временем, вернее с жизненной фазой сына, который не совсем сын, а нимфа.

0

2

[AVA]http://savepic.org/6615280.png[/AVA]

Окно было открыто настежь, Гермес увидел ярко-синее зимнее небо и почувствовал острый запах клея. По карнизу, постукивая, бродили местные птицы. Вокруг стеклянного плафона под потолком обессиленно мотались три мухи. Время от времени они вдруг принимались остервенело кидаться из стороны в сторону, словно пытались выскочить из плоскости, в которой находились. Две мухи сели на плафон, а третья исчезла и тогда Гермес окончательно проснулся.
Он вгляделся в синеву неба, опираясь на локти, все еще лежа в кровати. Спокойствие и умиротворение - это то, что любой должен почувствовать в такой ситуации. А он не чувствовал.
Белое шелковое постельное белье струилось по загорелому телу, прикрывая его пониже пояса, приятно холодило кожу и напоминало о давно забытой тоге. Старые времена прошли и знаменательно это было не только значительным сокращением верующих, но еще и изменением поведения самих богов. А это, в свою очередь, повлияло на психику.
Теперь не люди стремились к богам, а боги к людям. У них возникали человеческие проблемы и слишком человеческое отношение к вещам обыденным и в былые времена привычным. Скажем, переспал Зевс с белкой и появился покемон, так никто по этому поводу слезы не лил. Просто забыли как страшный сон и все.
Что и говорить, раньше все было проще. Отношение было проще, о последствиях никто не думал. А теперь что? Кто ты теперь без человеческих ценностей? Живущий вечно, спящий со всеми, кто понравится, миллионер с необычной биографией, время от времени совершающий аферы века, вовлеченный в небывалые приключения?
А вообще-то неплохо!
Но сейчас не об этом. В последнее время он все чаще и чаще думал о том, что же останется после него. Кроме вечной славы, конечно. Все мы живем только в памяти других и, когда погибнет последний верующий, когда будет рассказана последняя сказка о боге в летающих сандалиях, Гермес исчезнет с лица земли, будто не было его никогда.
В общем, он решил пойти по пути, на который ступает каждый плохой отец из человеческого племени, т.е. разыскать своих детей и восполнить утраченные годы.
С тяжелыми думами бог хитрости вздохнул и сделал это слишком громко, т.к. простыня натянулось, обнажая его греческое тело, сначала с одной стороны, потом с другой.
- Тшш, - сказал он, вылезая из кровати, - еще совсем рано.
Остановившись, он окинул взглядом венец (точнее венцы) творения богов и подумал о том, что эти конкретные венцы были слишком тронуты руками докторов как на его вкус. Вчера в темноте мало что можно было разобрать, но сегодня он отчетливо рассмотрел все детали. Обилие косметики, которая осталась на простынях, много волос и большие...все большое. В этой стране у женщин были такие накачанные попы и бедра, что ими можно было виноград давить, спасать водителя от последствий пьяного вождения вместо подушек безопасности и душить во время пыток.
Гермес отвлекся от собственных мыслей об особенностях местных красот, почесал нос и отправился в душ. Освежившись, он приоделся в белые льняные брюки, коричневые туфли без носков, белую рубашку на выпуск и шляпу с короткими полями, а также коричневой лентой.
Ему было известно, где находился один из его сыновей. Решено было начать именно с него, ведь паренек был от Афродиты и носил имя отца. Биологического! Никаких социальных связей между ними не было.
Бог был воодушевлен, как, впрочем и толпы снующих по городу туристов. Пришлось свернуть в районы не столь привлекательные для не местных, а там понеслось и закрутилось.
Репетирующая стая девиц и парней всосали мужчину в процесс и не желали отпускать, но он вырвался спустя несколько часов со слегка растрепанным, но счастливым видом, несколькими следами от красной помады по всему белому, что было на нем надето, и несколькими контактами новых гимнастически подкованных знакомых.
День близился неумолимо к вечеру, а следов Герма все не было. Народ стал сползаться к главной улице, где все готовились к карнавальному шествию.
Гермес задержался у одного из стендов, перекинулся парой слов с обеспокоенными участниками. Двое из их шествия не дошли, так что теперь нужно было их срочно заменить. Допустим, мужскую роль Гермес потянет, все же божественный образ и шествие среди поклоняющейся ему толпы! Но что делать с женским?
Случай всегда оказывается на стороне ищущих. Бог обмана схватил за руку женщину приятную на вид и выдернул ее из толпы к закоулку, где стояла грустная компания выступающих.
- Вот она подойдет! Возьмите ее!
И закружились перья, залетали блестки, запорхали кисти с тоннами косметики.

Отредактировано Hermes (2014-12-04 00:51:12)

+2

3

В Рио приехал Герм – маленький, сладкий Герм. Сквозь зыбкий сон Салмакида чувствовала его желание ухватить частицу человеческого веселья, а он чувствовал Салмакиду и опасался ее пробуждения.
Бедный загнанный зверек. Герми был готов делать, что угодно – будто бы это могло избавить его от ее возвращения.
«Бу!» - в зеркале вместо татуированного лица проступало другое, безумное.
«Я здессссссссь…» - получалось ничуть не хуже, чем у Амфисбены. Свистящий шепот долго метался внутри черепа Герма.
«Агония, огонь и я,
С огнём мы играем вдвоём»
«Вдвоем»
И он не выдержал. Пустился в бега от собственного сознания по проторенной дорожке из кокаина. Снежок помогал ему не слышать и забывать, что еще совсем немного, и она вернется.
Что это неотвратимо.
За несколько дней до того, как город взорвался яркими красками, он рванул сюда, на другой континент. Растворять свои опасения в вихре человеческих страстей и местной паршивой водке.
Маленький, глупый Герми. Он позабыл, что такое настоящее веселье. Никогда и не знал – смеялись голоса в голове нимфы. А все потому, что он боялся.
Этот карнавал обещал быть скучнейшим ворохом цветного тряпья и выставленных напоказ тел. Ярмарка тщеславия, рынок живого мяса! Скучно, отчаянно скучно. Серость.
А Герму нравилось, он усердно растворялся в наркоте и эйфории большого человеческого муравейника, пока не познакомился со стариком Боуи. Не с медийным педиком, а крепким парнем из качественной стали. Идеально заточенный, с искусно сделанной рукояткой из кости – нимфа могла бы поклясться, что им срезали скальпы с краснокожих приматов. Она чувствовала такое – плохую энергию, дурную, грязную… Особенно, когда он мягко скользнул под ребра Гермафродита, и, наконец, выключил эту надоедливого плаксу.
Потом была темнота, которую сожрал свет бразильского утра. И Салмакида вернулась. Всякий раз после воплощения все чувствовалось особенно ярко и сильно. Как естественный ЛСД, перемешанный с убойной дозой кокаина. Как тончайшая симфония электрических импульсов. Салмакида жадно вдыхала пропитанный мешаниной запахов воздух, улыбалась случайным прохожим и, конечно же, она, как и старик Боуи, хотела крови.
А еще ей улыбнулась удача. Если Герм водил дружбу с Фортуной Боной, то Салмакида – только с Фортуной Малой, такой же жестокосердечной сукой, как она. И Фортуна Мала вернула ее в Рио де Жанейро, за день до карнавала.
Нимфа подумала, что как только закончит свои дела здесь, навестит старую подругу. Ей ничуть не мешало, что она никогда не видела богиню. Ее Фортуной была старая статуя на кладбище Гринфилд. Этот ритуал она придумала много-много лет назад, она верила в свою удачу, будь она растрескавшимся надгробием, безглазой куклой или резиновым членом.
Фортуна многоликая!
Этот праздник в Рио запомнят надолго.
Тик-так, тик-так… уходят секунды жизни, на цифровом дисплее идет обратный отсчет - в конце шествия будет большой бум! А пока Салмакида смешалась с толпой – как почуявший скорую смерть стервятник. Она смотрела на разряженных людей и видела их уже другими – восхитительно мертвыми.
Ее мысленную зарисовку в алых красках прервало ощущение кого-то очень знакомого. Сквозь запах человеческих тел пробивался другой, едва уловимый – дразнящий своей неопределенностью. И Салмакида пошла на него – сквозь толпу, расталкивая людей, вглядываясь в одинаковые лица.
- Не ты, не ты, не ты, - она скалилась, смеялась или отталкивала от себя нерасторопных. – Где же ты? Я найду… Найду тебя.
Запах привел ее к стенду. И к нему. Теперь нимфа его узнала и сыто улыбнулась. Этот грязный город только что обрел привлекательности, а вечер обещал быть еще веселее.
- Гермес, - еле слышно прошептала Салмакида. – Гермеееессс. Зачем ты здесь?
Почувствовал или нет?
Узнал или нет?
И, наконец…
Испугался или…
Нифма смотрела на отца Гермафродита чистыми ясными глазами и улыбалась, довольно, предвкушающе.
[NIC]Salmacis[/NIC][AVA]http://2.firepic.org/2/images/2014-12/11/3wntmqdv2gc0.jpg[/AVA][STA]цепи и кольца[/STA]

Отредактировано Hermaphroditus (2014-12-11 21:43:54)

+2


Вы здесь » In Gods We Trust » Прошлое и будущее » (19.01.2014) Самба де Жанейро!


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC