In Gods We Trust

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » In Gods We Trust » Основная игра » (10.03.2014) Боги сожжённых городов


(10.03.2014) Боги сожжённых городов

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Время действия: 10 марта 2014 года
Участники: Иш Таб, Нергал, Ариман
Место событий: Тандерсклеп - легендарное место забвения языческих богов
Описание: Даже у богов есть свои легенды, и одна из них – Тандерсклеп, город мёртвых богов. Там, за пределами видимого мира, в краю вечной тьмы всё ещё существуют забытые божества. Они – эхо самих себя, бесплотные и потерянные, не способные вернуться в физический мир. Погружённые в тысячелетний сон, они медленно угасают, чтобы когда-то исчезнуть без остатка. Среди них есть даже те, кому поклонялись первые из людей.
По легенде, все языческие боги пришли в человеческий мир именно из Тандерсклепа – и однажды вернутся назад, когда последний из смертных перестанет верить.
Многие считают это место выдумкой – байкой, которую боги придумали сами для себя. Некоторые пытались связаться с духами Тандерсклепа, но им не удавалось заглянуть за завесу, разделяющую эти миры.
Древнее пророчество гласит: «Когда потухнет солнца свет, откроются врата. Земные боги в Тандерсклеп вернутся навсегда».
Во время затмения несколько богов слышат зов, которому не могут противиться. Следуя ему, они попадают в место, куда боги уходят умирать.

[NIC]Thundersclap guard[/NIC][AVA]http://savepic.org/6672430.jpg[/AVA][SGN]  [/SGN]

0

2

Обычно мёртвые хранят молчание. Но если уж заговорили, то и за день не остановишь.
Сначала похолодало, и ветер зашумел по крышам. Это было странно для Гвадалахары – здесь обычно не было ни холода, ни ветра, и очень редко попадались целые крыши. Изуми оборвала поток слов Джо, тем более что ничего нового привратник сказать ей не мог. Существо, занявшее мёртвое тело, использовало каждую возможность поговорить о Люцифере и обратить кого-то в сатанинскую веру. Пока же обращало лишь внимание на себя.
Изуми краем рукава протёрла пыльное окно, выглянула на улицу и не увидела солнца.
– Помяните моё слово, добром это не кончится, – пробормотала она, обращаясь неизвестно к кому.
Прожив в этих порочных землях столько лет, Изуми знала: плохие истории никогда не кончаются добром. Они с него начинаются.
И она услышала зов. Тихий шёпот в темноте, призывающий последовать за собой на край мира и, без сомнения, именно туда и ведущий. Он был подобен песне сирены – заманчивый и губительный. И, как и песне сирены, ему невозможно было противостоять.
Так в былые времена сама Иш Таб заманивала запоздавших путников в лес. Там их не ждало ничего, только петля на ветке да болотная топь.
И, как и в былые времена, она чувствовал себя всесильной. Это не было наваждением – сила действительно наполняла её, медленно и неотвратимо, как вода наполняет ванную – поднималась, подступала к краям, была готова выплеснуться наружу.
Она очнулась от долгого кошмарного сна, в котором жила последние столетия. Изуми коснулась стены, будто по ней пролегала путеводная нить, и медленно пошла – прочь из душной комнаты, из старого дома, на грязную, заполненную людьми улицу. Она не отрывала ладони от стены, а когда та закончилась, коснулась асфальта. Здесь, среди окурков и мусора, билось сердце Гвадалахары – Изуми чувствовала его пульсацию и, закрыв глаза, могла различить, как кровь бежит по улицам, наполняя город жизнью. Влияло ли так затмение, или просто где-то ей в жертву принесли небольшую страну Третьего мира, Изуми было неважно – она была опьянена своим новым состоянием, которое обладало эстетикой железнодорожной катастрофы.
Следом за ней на улицу вышел мертвец Джо. Возомнивший себя пророком Люцифера, он просто не мог упустить шанс и отказаться от лжепроповеди.
– Узрите, смертные – небо наполнилось тьмой! Так начинается конец света. Так из глубин ада к вам поднимается владыка девяти кругов, прекрасный и великий в своей бесконечной немилости. Смиритесь и подчинитесь, или…
– Вот странность: ты открываешь рот, а я слышу лишь лошадиное ржание.
Изуми уже выпрямилась и стояла напротив него, злая оттого, что ей пришлось отвлекаться на воинствующего сатаниста.
– Молчи, языческое отребье. Мой хозяин не пожалеет тебя, когда земля развернется, реки наполняются кровью и…
Но договорить он не успел – вместо слов из его рта действительно вырвалось ржание, и прямо на глазах Джо стал изменяться. Зубы увеличились и выползли вперёд. Редкие волосы удлинились, став гривой. Руки вытянулись, и пальцы на них слиплись, окостенели и стали копытами.
Из подгнившего, но всё-таки человеческого создания Джо превратился в лошадь.
– Мне всё равно был нужен транспорт.
Изуми забралась на него верхом и, ударив пятками по округлым бокам, пустила животное галопом. Казалось, она даже не смотрела по сторонам и направляла коня путём, лежащим далеко за пределам познания обычных органов чувств. Люди в ужасе расступались перед ними, и некоторым из них действительно казалось: вот он, Апокалипсис, наступил, и скачет один из всадников его – Смерть.
Конь, разбивая лобовые стёкла автомобилей и ломая ветви деревьев, взвился вверх. И вот под его копытами уже оставались крыши домов, но он не прерывал восходящего движения. Он вонзился в низкую чёрную тучу, и вокруг уже не было мира человеческий страстей. Темнота облепила коня и его всадницу, сплела из своих рваных клочьев плащ, укрыла плечи богини, спрятала её голову в капюшоне, развивалась шлейфом позади. Черная всадница скинула былую дремоту – теперь она не прислушивалась к зову, а жадно впитывала его и выслеживала. Щемящая грусть уже давно сменилась сладковатой тревогой, предвкушением обещанного дара. Рядом с ней сверкнула молния и раздался гром.
– Тандер! – грохотал он, поглощая все прочие звуки.
Иш Таб кивнула, пригнулась и пустила своего коня галопом навстречу грому и молниям.
– Тандер! – звучало предупреждение: остановись, поверни назад. Ветер бил её по щекам, оставляя влажные отметки.
И тогда хлынул дождь.
Весь мир слился в какофонию звуков и чувств: они смешивались и подменяли друг друга. Громкое стало холодным, а чёрное – мокрым. И на какой-то непонятный отрезок времени Иш Таб слилась воедино с этой стихией. Тревога оставила её, потому что стихию ничто не тревожит, и волнение сменилось горделивым равнодушием, а оно, в свою очередь, предчувствием постоянного покоя.
Не постоянного – вечного.
– Тандер! – напоследок содрогнулись небеса, и она оказалась по ту сторону горизонта.
Грозу унесло без следа. На высоте, на холме, виднелись два тёмных силуэта – вставшие на дыбы кони в три человеческих роста . А за ними раскинулись развали, одним видом своим навевающие мысль о седой древности, которую только тронь – и осыплется песком.
Изуми опустилась неподалёку от входа в этот странный город, спешилась и подошла ближе. Чёрный плащ тащился за ней по земле. Следом, грациозно переставляя ноги, шёл конь. С его гривы ручьями стекала вода. Что до самой Изуми, она осталась стоять, укутанная в плащ, с надвинутым на лицо капюшоном. И когда рядом с ней оказались другие боги, она ничем не обозначила приветствия, лишь хрипло сказала:
– Не трогайте лошадь. Она поклоняется Сатане.
Она даже не вспомнила о том, что сейчас должна закурить.

[AVA]http://savepic.org/6655935.png[/AVA]

+4

3

Новая, сверкающая хромом "Ямаха", она же Детка, на фоне местных обшарпанных хижин, созданных каким-то ебанутым на всю голову архитектором по принципу "я его слепила из того, что было", смотрелась до того вызывающе - чужеродно, что Эрру был уверен, что стоит ему отвернуться, да что там отвернуться, просто моргнуть и мотоцикла уже не будет.
Его мигом по деталям растащат в разные стороны трудолюбивые и радушные местные жители, которые радостно скалятся, проходя мимо и то и дело ненароком задевают его плечами, добродушно матерясь при этом.
Конечно, он же вместе с мотоциклом занял единственное... Эрру взглянул под ноги, эээ... нечто? да, правильное слово, напоминающее дорогу, и всем остальным приходилось месить ногами подозрительную смесь из грязи, мусора, дохлых грызунов и прочих вещей, к которым лучше не присматриваться, но кто тут бог вообще?
Подозвав к себе одного из местных пацанов, Нергал вручил ему купюру с Франклином и велел присмотреть за мотоциклом, пообещав ещё две таких, если по своему возвращению обнаружит мотоцикл целым и невредимым и без восхваляющих надписей на хромированных боках.

На триста баксов здесь спокойно можно было прожить несколько месяцев и пацан согласно закивал, с кровожадным блеском в глазах заозиравшись по сторонам в поисках потенциальных злоумышленников.
Искать которых явно долго не придется, куда не плюнь, попадешь в вора, а в местном аналоге белого дома даже слюну тратить не придется.
Такое воодушевление следовало поощрять, и Нергал извлек на свет солнца два пистолета : старую проверенную "беретту" и новенький пижонский "глок". С секунду подумал и вручил пацану " глок". Как там говорится "дети - цветы жизни"? Поэтому всё лучшее детям. Жаль, что отец такой философии не придерживается.
Спрашивать про то, умеет ли пацан стрелять было глупо, стрелять здесь учатся едва ли не раньше, чем ходить.

Эрру зашёл в покосившуюся хижину, гордо именуемую баром и одним фактом своего существования позорящую все питейные заведения мира, слегка поморщился от вони, гомона и заунывной музыки, заказал себе выпивку и уселся за столик.
Как обычно, лицом к двери, чтобы видеть всех входящих. Сделал пару глотков местного пойла и...
На улице вдруг резко потемнело, что было странно, едва перевалило за полдень, а никаких туч не наблюдалось. Одновременно с этим, Нергал почувствовал заполняющую его силу, словно тот пацан на улице во славу ему только что перестрелял пару тысяч человек.
Снаружи раздавались крики и непонятно, что в них было больше: восторга, ужаса или удивления.
Местный бомонд неорганизованно ломанулся к дверям, ещё бы, идиотам всё интересно, и воплей стало в разы больше.

Эрру вышел из хижины предпоследним, вслед за бородатым старикашкой в каком-то рванье, который неожиданно оказался европейцем, и перед владельцем хижины, который до последнего старательно протирал грязную доску, изображавшую стойку, не менее грязной тряпкой.
С этой тряпкой в руках он и вышел на улицу и, задрав голову вверх, старательно пялился на чёрный диск, закрывший собою солнце.
Но Эрру в первую очередь интересовало не затмение. А сохранность мотоцикла. Тот оказался цел и невредим, хотя мальчишка и тоже увлечённо пялился в небо. Вот теперь можно и на непредвиденное никем астрономическое явление посмотреть.
- Когда еврей в Синон придёт
  и небеса пошлют комету,
  и Рим познает свой восход,
  мы больше не увидим света! -
Неожиданно пронзительно завопил старик-европеец, и Нергал, поморщившись, лёгким движением руки свернул ему шею.
- Ох уж эти христиане, - доверительно сообщил он бармену - вечно считают, что мир зациклен на их боге.
Кажется, утраты никто больше и не заметил, а бармен предпочёл промолчать. Очень мудро с его стороны. В толпе зевак Эрру обнаружил нескольких, снимающих затмение на камеру мобильников. Смертные... Даже цунами будут снимать, стоя от него в непосредственной близости, а те, кто будет бежать и тонуть не драматично, но YouTube не попадут.
Внезапно... всё происходящее потеряло остатки смысла. Если он вообще был.
Потому что в стремительно темнеющем небе раздался раскат грома, явственно пророкотавший "Тандер!"
Вот только никто его не слышал.

Спустя несколько секунд зевакам является ещё более любопытное, чем затмение, зрелище. Устремляющийся в небеса мотоцикл.
- Всё в порядке, - Эрру с трудом сдерживает желание вылить на поднятые вверх лица остатки прихваченного из бара пойла - мы просто снимаем новую часть "Гарри Поттера". Тупые магглы.
Гром призывно грохочет, на разные лады повторяя свой призыв "Тандер!".
- Десять метров вверх, два километра прямо, а потом поверните направо. - внезапно оживает навигатор, добавляя к и без того бредовой ситуации ещё немного сюрреализма.
- Как скажешь, детка. - соглашается Нергал, следуя за уходящей грозой.

Дождь размывает всё вокруг, и за его завесой Эрру с трудом различает развалины какого-то города.
– Не трогайте лошадь. Она поклоняется Сатане.
Нергал оборачивается через плечо и смотрит на оказавшуюся рядом богиню.
Беседы с другими богами обычно начинались очень банально : с угроз. В некоторых, особо запущенных случаях еще более банально - с мордобоя. А вот с такой реплики, как от этой незнакомой Эрру леди, никогда.
Лошадь и впрямь выглядела подозрительно: скалилась во все свои сто лошадиных и оглядывалась по сторонам с таким видом словно сейчас начертит в грязи копытами пентаграмму, возьмёт в желтые зубы нож и пойдет рыскать во тьму в поисках невинных младенцев и девственниц, чтобы заколоть их во славу мужика в фиолетовом пиджаке. Почему пиджак должен быть фиолетовым, шумер понятия не имел, но подсознательно знал, что прав. Нергал ни младенцем, ни девственницей не был, но от маньячного взгляда адского создания хотелось куда-то спрятаться. Поэтому Нергал сделал шаг назад, налетев на ещё одного... бога? да, определённо, и чуть было не свалив его на землю.
- Здрасте. - сказал Эрру, решив для разнообразия побыть вежливым, а то вдруг опять жениться заставят.

Отредактировано Nergal (2014-12-16 23:47:59)

+2

4

Предвидение – это просто отлично примерно в девяноста пяти случаях из ста. Остальные пять – дрянь и полный отстой. Ариман, конечно, блестяще обманывал других, что не парится. Настолько блестяще, что почти всегда умудрялся обмануть самого себя, отвлечься на какие-нибудь каверзы, мелкие пакости любимому брату или конец света и не думать о плохом. Хотя, если разобраться, на самом деле он никогда не думал о хорошем и даже не знал, что это вообще такое.

Ангро-Майнью жил долго и намеревался прожить еще дольше. Зороастрийцы, вообще говоря, были убеждены, что он приложил руку (ну или, может, еще какое место) к созданию этого бренного мира, и в представлениях Аримана это означало, что он может преспокойно пережить хоть сотню апокалипсисов вплоть до взрыва какой-нибудь залетной сверхновой, который бы уничтожил эту планетку подчистую. Нередко он действительно забывал о том, что однажды будет стоять перед воротами в Тандерсклеп, обозначенными этими двумя полуразвалившимися лошадями – одна без ноги, другая без хвоста, и о том, что всеблагого Ормузда там почему-то не будет, что чудовищно несправедливо.

Однако ему пришлось вспомнить. Он не хотел, его заставили. Он упирался, как умел, а сопротивляться Ариман умел профессионально. Ничего не выходило. Да, это должно было случиться в затмение. Что с того? Солнечные затмения случались неоднократно, и нынешнее совершенно не обязано было становиться тем самым. И все же, чтобы уж наверняка показать судьбе кукиш, когда затмение началось, Ангро-Майнью перепрыгнул из Америки в Японию – по прогнозам, там был тайфун, а во время тайфуна неба не видно. Но словно в насмешку над ним стихия вдруг успокоилась, ураган сошел на нет, а из-за туч вышло солнце – солнце, закрытое черной тенью. Ариман показал ему неприличный жест и переместился еще раз – в Россию. Потому что там вообще была ночь. И среди этой ночи какой-то алкаш подошел к нему, взял за рукав и доверительно брякнул: «Тандер». От избытка чувств Ангро-Майнью случайно сделал доброе дело: конченый пьяница вмиг превратился в убежденного трезвенника, вручил свою бутылку Ариману и порысил домой. Напиться показалось зороастрийцу не худшей идеей, и именно так он и поступил – но каждый всплеск жидкости в бутылке говорил: «Тандер». И полицейский, который подошел к нему, укоризненно сказал: «Тандер». А потом вывалившаяся со стадиона толпа, взбудораженная после концерта, пошла на него, скандируя – «Тандер! Тандер! Тандерсклеп! Для богов последний…» Последнее слово, впрочем, потонуло в раскате грома, а ближайший к Ариману возбужденный фанат получил по морде. Нечего всякую чушь нести.

– Ты че, мужик! – возмутился парень и без перехода попытался дать обидчику сдачи – но Ангро-Майнью уклонился, и кулак угодил в другого участника акции в поддержку фонда Тандерсклепа. Где двое – там четверо, где четверо – там дюжина: очень скоро площадь перед стадионом превратилась в поле брани. «Дебилы, – подумал Ариман. – Рифма никуда не годится, и английского не знают. Тандерсклеп – это ведь всего лишь…» Очередной раскат грома прокатился совсем рядом, отчетливо громыхнув: «Тандеррр!» Ангро-Майнью пнул ногой чье-то тело и телепортировался на северный полюс. Ибо там тишина, ночь и нет ни людей, ни гроз. Он раскинулся на снегу в позе морской звезды. Обхитрил-таки, сволочь. Северное сияние подложило свинью. Красивые, яркие всполохи над головой сложились во все то же самое слово. Ариман разозлился. Оседлал белого медведя. И полетел. Всякому апокалипсису нужны свои всадники.

– Смотри, куда прешь! – Таковы были первые любезные слова, которые произнес Ангро-Майнью перед входом в Тандерсклеп. Вторые слова, еще более любезные, были:
– А не то скормлю тебя Потапычу, ему как раз пора подкрепиться.

Припарковав медведя, Ариман сделал пару шагов, чтобы размяться и занять более выгодную позицию. Не трогать лошадь? Разумеется, он тут же потыкал ее пальцем в бок.
– Это не лошадь, – констатировал он, наклонился, заглянул лошади под живот. – Это конь. Причем дохлый.
Хотя скотине это, по-видимому, нисколько не мешало.
– Кого ждем – Голод? Мор? Еще парнокопытных сатанистов?

Ангро-Майнью несло. Он совсем не хотел умирать. И он злился, потому что знал, что в эти ворота они все-таки войдут. Он поднес зажигалку Иш Таб.
– Курите, милочка, уже пора. Лошадь тоже не откажется.
И плевать, что она – конь.

+3

5

Мир вокруг укутала тьма, но в городе, который разлёгся перед ними там, за лошадиными воротами, будто был собственный источник света, независимый от прихотей каких-то светил. Изуми стало жутко, а ведь ей не было жутко уже очень, очень давно.
Впрочем, чтобы не бояться монстров, живущих во тьме, достаточно помнить, что ты – один из них.
Она прикурила от протянутой зажигалки и промолчала о том, что эту лошадь не убить каплей никотина.
Двумя, возможно.
Сам Джо тем временем попытался цапнуть Аримана за какую-нибудь выпирающую поверхность, но не особенно преуспел в этом занятии, так что переключился на другого бога. И начал с того, что злобно сверлил Нергала взглядом, оставаясь на безопасном расстоянии. Джо хоть был мертвецом и лошадью, но не дураком.
Что до Изуми, то она разглядывала город впереди со смесью неверия и восхищения, причём оба эта чувства настолько были чужды ей, что лицо богини даже не знало, как их показать. Так что лицо пошло по пути наименьшего сопротивления и осталось в тени капюшона, где никто не посмел бы бросить в него надменное «Не верю».
Насмотревшись на пейзаж, Изуми повернулась к двум богам напротив. Если бы она была хорошим психологом, то, возможно, смогла бы сделать какие-то выводы по их внешности. Но она и психотерапевтом-то была отвратительным.
– Вы верите в Тандерсклеп?
Место из легенд, куда боги приходят умирать. У бессмертных тоже была своя концепция загробной жизни, и если знаки, рассыпанные в небе, не обманули, сейчас они стоят на пороге такого вот божественного ада.
– Если повезёт, нас могут даже принести кому-нибудь в жертву.
У богини жертвоприношений так заканчивается любой досуг, начиная от поездки на трамвае и заканчивая новогодним хороводом.
Изуми докурила и щелчком отправила окурок в сторону, заложив первый камень в разрушение местной экосистемы. Подобрав полы плаща, она первой зашагала в сторону города, чьи развалины тускло подсвечивались невдалеке. Было непонятно, зачем здесь вообще понадобились ворота – стен-то не было. Прямо за конями простирался город, пустой, древний и надменный.
Вблизи каменные лошади оказались куда монументальнее, чем можно было ожидать: проходя под сплетением их ног, будто занесённых для удара, Изуми на какую-то секунду почувствовала, будто на её голову вот-вот обрушится копыто.
Опять.
Тандерсклеп – или то, что так хотелось считать оным, – представлял собой причудливое сочетание культур и цивилизаций: мраморные стены храмов здесь переходили в деревянные обломки башен, а они в свою очередь рассыпались под напором песка. Даже он здесь побелел от времени. Казалось, будто это место стало складом краденого: промчавшись по миру, кто-то взял отовсюду понемногу и принёс сюда.
Вот только тот мир давно исчез, а его обломки так и остались здесь единственным напоминанием о когда-то существовавших цивилизациях.
Повсюду стояли, кренились или уже лежали, обрушенные временем, статуи и памятники: забытые божества молний, короли первых людей, существа незапамятных времен и чудовища, настолько древние, что о них не существовало даже легенд.
Эти статуи были буквально повсюду, на каждом шагу – некоторые из них протягивали вперёд когтистые лапы или незнакомого вида оружие, будто пытались остановить незваных гостей.
Изуми наполнило глубокое чувство утраты. Она вдруг поняла, что ей совсем не хочется остаться в этом мёртвом городе одной, поэтому поравнялась со своими спутниками.
Однако стоило им ступить на покрытые белым песком улицы город, как земля завибрировала под их ногами, словно что-то пробуждалось в её недрах.
– Если это огромный говорящий червяк, позвольте мне вести переговоры, – предупредила Изуми. – Я знаю, как нужно обращаться с этими парнями.
Но это был не червяк.
Из темноты им навстречу вышла высокая, под два с половиной метра, фигура – сильное, мускулистое мужское тело заканчивалось головой быка, рогатой, мохнатой и с огромными, влажно блестящими и разумными глазами. В руках он держал скрученный хлыст.
Несмотря на предшествовавшие его появлению спецэффекты, человекобык ступал легко – походка его наводила на мысли о хождении по воде. Он перегородил дорогу богам и замер, расправив и без того огромного размаха плечи. Его поза не выражала ничего, и было неясно, как он поступит дальше – нападёт или останется вот так стоять, пока и сам не превратится в статую, одну из многих.
– Я – страж Тандерсклепа, – услышала Изуми голос в своей голове. Эту речь сложно было назвать человеческой, да и отдельных слов она бы не разобрала. Ей как будто передали сразу смысл, не удосужившись облечь его в презренную вербальную форму.
Что примечательно, рта человекобык не открыл.
Покосившись на Нергала и Аримана, Изуми предположила, что в их головах сейчас тоже включилось радио «Тандерсклеп-FM».
– Я защищаю сон богов. Если вы пришли, чтобы уснуть, я провожу вас в Колыбель.
Он наклонил голову и наградил каждого из них долгим, внимательным взглядом. Изуми даже захотелось прикрыть живот – ей никогда не нравилось, как при слабом освещении смотрятся её кишки.

0


Вы здесь » In Gods We Trust » Основная игра » (10.03.2014) Боги сожжённых городов


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC